— Ентрар эн ель коче! — крикнул нам водитель, спокойно отхлебнул из бутылки с пивом и помахал рукой в пригласительном жесте. Задние двери открылась.
— Живо! — рыкнул на нас японец. — Пока он не передумал.
Мы попятились спиной к машине. Обезьяны больше не предпринимали попыток нас растерзать, но визг их негодования разнесся во все стороны. Мы затолкнулись в старенький внедорожник на горючем топливе. Нэр села спереди, а мы протиснулись назад, к двум тучным мужикам. Едкий запах перегара и табака ударил в нос.
— Э! Не проедешь же! — ткнула пальцем Нэр на преграду впереди.
Латинос только захмыкал, отхлебнул пива и дал газу. Ветки захрустели, по дну сильно заскрежетало, машина пару раз забуксовала, но все-таки смогла проехать.
— Пура Вида, амига, — сказал латиноамериканец и засмеялся, глядя на офигевшую девушку. Смех подхватили его друзья и запах перегара стал уже резать глаза.
— А. Ясно, — с выпученными глазами, смиренно отозвалась Нэр. Она обреченно откинулась на сиденье, стала приводить себя в нормальный вид, нервно похихикивая.
— Карслос, — представился водитель, тыкая себя пальцем в грудь. Он повернул голову, не смотря на дорогу, кивнул на двух приятелей. — Фабиан, Диего. Куолес ту номбре? Номбре?
— Но абло еспаньол, — сказал Мамору-сан единственное, что знал на испанском языке, означающее «не говорю по-испански». — Отвезите нас в Коко. Андерстенд? Коко.
Где-то в глубине бинарной души мелькнула надежда, что они хорошо поняли японца. Иначе же придется избавиться от таких жизнерадостных и добрых людей.
— Плайа дель Коко? — уточнил костариканец.
— Си, — подтвердил Мамору-сан и закивал. — Си. Плайа.
Карлос задумался, что-то прикидывая, а потом махнул рукой и сказал:
— Окей, амиго. Гоу-гоу.
— Окей! — подхватили сзади костариканцы, и я услышал стеклянный звон. Мужчины чокнулись пивными бутылками.
Дорога петляла между полями и джунглями. Изредка показывались частные дома и даже высотки. Машин было действительно мало. За все время, я насчитал всего двадцать семь.
Атмосфера в дороге была веселой и непринужденной, что мало сочеталось с потерей Павла и недавними приключениями с дикими тварей. Японец сидел хмурый. Пусть и недолго, но он успел оценить некоторые качества тьмушника по достоинству. Он не ожидал, что под землей сидят и пакостят взрослые, серьезные и бесстрашные люди. По его мнению, там должны быть одни только крысы. Лидер тьмушников заставил его задуматься.
Латиносы ни разу не задавали вопросов о том, почему мы и откуда мы. Им было всё равно. Они счастливы и их национальный девиз «Pura Vidа», означающий «Чистая Жизнь», в полной мере подчеркивал отношение к ситуации. Один из них разговаривал на втором национальном языке — английском, и тут-то мы стали раскрепощённее. Оказалось, что все мужчины в машине — братья. Они ехали домой со своей ананасовой фермы. По пути решили отдохнуть и выпить. Здесь нет закона, запрещающего распитие спиртного за рулем, поэтому в дороге нам пару раз встретились виляющие во все стороны машины. Через полчаса мы узнали, что их дом мы проехали двадцать минут назад, и в Коко они едут только для того, чтобы подвести нас и развлечься. Тут даже Мамору-сан удивился. В его родной Японии прекрасно знали, что такое взаимопомощь, но даже там это выглядело бы круто. Диего пошутил, что если бы не прекрасная девушка, то они бы оставили нас на съедение обезьянам. За это получил подзатыльник от брата. Оба рассмеялись. Улыбнулся даже Мамору-сан.
С Нэр они разговаривали с большим интересом, но недозволительного себе не позволяли. Диего предложил ей мазь от укусов и выловил многоножку из волос, за что мы получили порцию визга и искреннюю благодарность девушки. Смуглый латинос залился краской как школьник, которого первый раз поцеловали в щечку. А вот наш японский друг почему-то снова нахмурился.
На ломаном английском мы спросили почему на нас напали обезьяны. Три брата перестали смеяться, переглянулись. Резко замолчали. Тишина очень неприятно разбавила недавнюю веселую атмосферу. По спине почему-то прошлись мурашки.
Фабиан заговорил первый. Он объяснил, что обезьяны исключительно мирные и то, что произошло — уникальный случай. Карлос сказал, что у одной из разновидностей обезьян сейчас брачный период. Он странно посмотрел на Нэр. Затряс головой, словно в чем-то разуверившись. В результате, нам почти ничего не объяснили. Кроме того, что это всё очень странно, поэтому хорошо, что они проезжали мимо и никто не пострадал. Да и вряд ли животные нас сильно травмировали бы, они скорее всего просто играли. На это заявление Мамору-сан скептически хмыкнул, видимо вспоминая своё недолгое сражение с приматом.