Мы свернули с главной дороги, стали петлять. Дорожный информационный знак «Playa del Coco» дал понять, что мы на месте. Братья хотели подвезти нас, куда мы скажем, но я настоял, что нужно остановиться здесь, и мы дальше сами. Мужчины не стали спорить, пожали плечами, хлебнули пивка, бутылки от которого уже горой валялись у нас в ногах, и остановились на обочине.
— Pura Vida, — на прощание отозвались братья в один голос и засмеялись.
Мы откланялись, поблагодарили. Братья махнули нам рукой. Затем газанули и развернулись, не особо церемонясь, что едут по встречной полосе. Мы же пошли вдоль обочины. Какое-то непонятное предчувствие одолело меня и, судя по всему, Мамору-сана тоже. Мы обернулись.
Машина отъехала на пару десятков метров и стояла посреди дороги. Затылки братьев еще было видно через заднее окно. Фары выключены. Мы с японцем переглянулись.
Машина завелась и поехала.
Чертовы мурашки.
— В машине, я увидел, как ты насторожился, — провожая взглядом удаляющую машину, обратился я к Мамору-сану — Что тебя смутило?
— От тебя ничего не скроешь, змей, — мрачно улыбнулся он.
— Ну так что?
— Я более внимателен. Вы не видели, но… — запнулся японец.
— Но?
— Тот, кто назвал себя Диего… Он сожрал многоножку. Просто запил её пивом.
Глава 17. Протеин способствует укреплению разнородных взаимоотношений
Нэр изогнулась, намереваясь опустошить пищевые контейнеры, но там больше ничего не осталось.
— Мамору-сан, что т-ты несешь? — скривилась она. — Ты видел эту тварь? Эт-то… огромная! Мерзкая! Тварина! Тебе показалось!
— Нет, не показалось. Я замечаю такие вещи.
— Я тоже видел, — спокойно посмотрел я на своих компаньонов. — Ну и что, что он её съел?
На меня в недоумении уставились две пары глаз.
— Ты серьезно, змей?
— Да. Насекомые — богатый источник питательных веществ. Возможно, ему их не хватало.
Нэр нервно хихикнула, сказала:
— Скриптоид, это не норма. Это, мать твою электронную, совсем не норма.
— Вы едите насекомых, — вспомнил я революцию пищевой индустрии после пандемии.
— Это не одно и то же! Там специально выведено, обработано, переделано, — все же с некоторым отвращением ответила Нэр. — Это тебе не жрать живых извивающих уродов.
— Не вижу проблем.
— Это противно!
— Это проблема людей, — пожал я плечами.
На этих словах, японец с девушкой переглянулись.
— А к алкоголю ты как относишься? — прищурившись поинтересовалась Нэр.
— Он деструктивно влияет на вычислительную мощность. Для людей это источник расслабления и уверенности. У меня же для этого есть свои методы.
На этом от меня отстали, и мы отправились дальше. Вошли в прибрежный городок с тусклыми улицами. Туристический район. К звукам ночной природы добавился солоноватый запах океана. Я прекрасно помнил маршрут, но на интерфейсе все равно отображалась полупрозрачная карта. Здесь были небольшие круглосуточные супермаркеты на современный манер. Вдоль дорог теснились кафешки и бары. Несмотря на позднее время, разномастный народ в шортах и топиках прогуливался, веселился и кричал, радуюсь теплому тропическому кклимату. На нас с Мамору-саном посматривали без особого интереса, а вот Нэр своим красивым, но сильно потрёпанным нарядом и белыми волосами, привлекала лишние взгляды. Было очень жарко, поэтому пришлось снять куртку. Лямки рюкзака сразу же стали натирать бледные и худые плечи.
— Может пиццу? — тоскливым взглядом проводила девушка пиццерию.
Добродушный официант открытого пицца-бара увидел заинтересованность Нэр, помахал ей рукой, приглашая зайти.
— Ола! — громко поприветствовал он нас.
Мамору-сан издевательски хмыкнул, молча вытащил из кармана протеиновый батончик и кинул Нэр. Та с тоской приняла подачку, открыла, молча зажевала.
— У тебя же есть чипид, Мамору-сан, — вздохнула она, лениво пережевывая. — Ну купи пиццу. Купи-купи!
— Думаешь мои расходы не контролируются, женщина? — возразил он.
— Ну ты же в отпуске, — стала изнывать девушка. — Можешь себе позволить.
— Я временно отстранен от работы. Перестань ныть.