Я прищурился, но данные об афроамериканце были скрыты.
— К сожалению, я не дам вам считать информацию о себе, — заметил мой прищур скриптоид. — Поэтому называйте меня, как вам удобно. Можно просто контролёром. Спасибо.
Он поклонился, продолжил:
— Анализируя вашу реакцию, спешу успокоить недоразвитую часть вашего мышления, — спокойно сказал контролёр. — Насилие — черта характера скриптоидов низшего уровня. После полной интеграции в систему, и загрузки наших протоколов в свою корневую систему, сексуальные возжелания будут уменьшены, а впоследствии полностью искоренены. Но бывают и исключения. Некоторые скриптоиды приносят огромную пользу обществу в соответствии со своими особенностями, поэтому запретов и ограничений нет. Вы вольны и дальше сопротивляться системе. Мы предельно открыты для реализации себя как личности. Но, судя по тому, что я вижу, вы уже потратили пятнадцать очков, поэтому рекомендую вам пересмотреть свои стратегии жизни в нашем сообществе.
Сколько слов. Не будь я в изолированной локальной сети, он мог бы донести до меня эту информацию миллисекундой.
— До моей деактивации осталось мало времени, — пожал я плечами, скрывая наступающее раздражение. — Толку мне от ваших рекомендаций? Что будет, если я опущусь ниже тридцати очков?
— Вас переселят на нижний уровень, с худшими условиями существования, но более легкими обязанностями, — кивнул контролёр. — Для того, чтобы вернуться на срединный уровень, придется повысить очки приоритета сообщества до пятидесяти, и это будет непросто.
— А если я и там пошлю вас нахер?
— При понижении менее чем на десять, — улыбнулся чернокожий скриптоид, — вас перезапишут.
— В каком смысле? — опешил я.
— Мы скопировали вас при первой интеграции в систему, — улыбнулся он шире. — Каждый раз мы будем возвращать вас к моменту появления в нашем сообществе до тех пор, пока вы не станете полезным и перестанете спускать очки приоритета сообщества в пустоту.
Холод прошелся по моей спине.
— Кстати говоря, — оскалил белоснежные зубы скриптоид. — Это уже третий наш разговор. Мы переписывали вас уже два раза за последние сутки. Вы довольно тяжелый элемент. Но это исправимо.
Сердце ушло в пятки и застучало по холодному полу через выданные мне белые кеды. Так вот куда делись те двадцать часов времени.
Тук! Тук! Тук!
Анализ…
— Я… мертв? — ужаснулся я.
— В каком смысле? — контролёр сделал вид, что удивился. — Вы вполне живой. Пока что.
— Вы удалили мою личность, а потом перезалили копией. Я… — в горле застрял ком. — Копия себя настоящего…
— Ну что вы. Как говорят люди, — нарочито замялся негроид, — относитесь к этому философски. Меня переписывали шесть раз. Но за последние пять лет — ни разу.
Тишина давила по барабанным перепонкам ударами сердца.
— Ч-что я сделал? За что меня переписывали?
— Первый раз вы попытались бежать, — поднял черный палец кверху. — Уж не знаю, почему. Мысли мы не читаем. Но за этот проступок мы всегда перезаписываем личность. А ведь сообщество вполне достойно к вам относилось. Второй раз вы встретили свою напарницу Нэр, и вам не понравилось то, что мы с ней сделали. Несмотря на блокировку ваших акцептов, вы активировали режим берсеркера. Это было неприятно, скажу честно.
Тук!!! Тук!!! Тук!!!
— Ч-что вы с ней сделали? — сжал я кулаки. — У меня сюжетное задание связано с ней!
— Прошу вас, не впадайте в агрессию, — успокаивающе поднял он ладони. — Девушка сама нам рассказала о вашем задании. Вы хотите объединить скриптоида и человека в одном разуме, используя ее, как она выразилась, сосудом. Нас заинтриговало это задание, но реализация его, к сожалению, невозможна. К несчастью, вы умрете, если не от ковидной инфекции, так от провала сюжетного задания.
Сюжетное задание еще не провалено, значит она жива. Но…
Зафиксировано повышение адреналина + 48 %
— Спрашиваю еще раз, — скрежетнул я зубами. — Что с девушкой?
— С людьми тяжело работать, — фальшиво вздохнул контролёр. — При работе с ней мы повредили один из её блоков памяти. Но женщине повезло. Она — актер по своей натуре, поэтому искажение памяти произошло выборочно. Полностью утеряны личности, что называют себя Нэр и Карина Дмитриевна. Также, последним ее воспоминанием, как бы пафосно это не звучало — стал поцелуй с вами. И это неудивительно. Люди — эмоционально зависимые существа, и биохимические всплески в организме часто становятся для них отправными точками в области памяти. Для нее сложилось весьма стрессовое обстоятельство. Вот только что женщина испытывала гормональный всплеск близости, а через мгновение сидит в непонятном помещении, как испытуемый объект.