— Про свою матрицу вы мне всё же рассказали.
— Потому что те, кому мы бы не хотели об этом говорить — давно уже всё знают, — ответил Нишант. Уголки его губ слегка приподнялись. — Но, тем не менее, для вас есть одно очень важное дело. Дело, которое вы сможете исполнить лучше многих. Это намного важнее ваших врачебных навыков. Мы ценили бы вас не менее, чем Петра Николаевича и…
Он прервал свою речь и с высшей степенью заинтересованности спросил:
— Скажите, Арли, Крит. Вы пара?
— Н-нет, — запнувшись ответила Арли и как-то странно на меня посмотрела.
Я промолчал. В смысле мы пара?
— Я бы поговорил с вами наедине, если…
— Говорите сейчас, — угрожающе сузила глаза девушка.
Главарь тьмушников неуверенно откашлялся:
— Ну что ж, как знаете. Только прошу отнестись к этому с пониманием. Дело в том, что у нас очень много выдающихся мужчин. Инженеров, программистов, химиков. Но мало женщин. Крайне мало…
Воздух стал тяжелее.
— А они нужны нам для поднятия боевого духа, — посмотрел тьмушник на Арли, раздевая её глазами. — Годами сидеть под землей — очень тяжело. А вы очень привлекательны и могли бы…
— Я скорее сдохну.
— Понятно, — быстро ответил индус. — Прошу меня простить. Но если…
«Ш-ш-ш-ш», — послышалось угрожающее шипение.
Стало тихо.
Идти пришлось довольно долго. База тьмушников представляла собой сеть длинных коридоров с редкими помещениями. Устроить «облаву» в таком месте будет непросто.
Мы стояли в круглой комнате с высокими потолками. По центру высился толстый стеклянный столб, который таковым не был. Это — компьютер, машина. Сквозь стеклянные стенки странной конструкции виднелись микросхемы, провода и нейропроцессоры. По окружности, из неё выходили кабели с узнаваемыми разъемами и тянулись к затылкам. Девять подключенных к столбу человек сидели вдоль округлых стен за своими рабочими местами. Обычный стол, обычный компьютер. Каждый погружен в свои дела — программирование, биржевые графики, ленты новостей, набивание какого-то текста.
— Жуть какая, — вздрогнула Арли.
— Согласен с вами, — хмыкнул Нишант. — Мне это до сих пор напоминает поводки. Наверное, так бы выглядел захват мира машинами.
— Но они же…
— Совершенно свободны. Но не c обычной точки зрения.
— Могу выдвинуть предположение, — сказал я, успев проанализировать внутренности стеклянного и очень технологического столба в режиме «Глубокой диагностики». — Вы объединили их вычислительные мощности в одну. Каждый из них в состоянии пользоваться ресурсами другого, если ему они необходимы для выполнения более важной задачи.
— Очень близко, — улыбнулся Нишант, — но не совсем. Они в состоянии пользоваться знаниями друг друга. Талантами и даже чувствами. Теперь вы понимаете? Мне рассказали, на что вы способны. Ваше подключение к брайнеру выгодно нам обоим. Люди, которых вы сейчас видите, годами изучали прикладные науки и мгновенно делятся своими знаниями со всеми в сети.
Арли была впечатлена. Я же не сильно удивился реализации этой, в принципе, простой задачи. В Айвале я осознавал что-то подобное…
Подобное…
— То есть, — потупился я в пол, — в Айвале…
— Бинго, — громко сказал индус и хмыкнул, — тоже самое. Считайте это правдоподобной версией матрицы. Добровольной, эффективной и… гениальной.
Последние слова он сказал с восторгом и гордостью за человеческий интеллект. Нишант продолжил восхищаться:
— Вы только представьте, что они придумали. Мы добровольно платим огромные деньги для того, чтобы нас подключили к их генератору энергии. Приблизительно четверть наших мозгов утекают для обработки какой-то информации. Если вы знаете, что такое майнинг, то поймете почему мы называем это брайнингом.
Я выгрузил информацию из ядра памяти. Майнинг — это процесс генерации (добычи) криптовалюты за счет вычислительной мощности компьютера. Брайнинг, судя по всему, это процесс генерации ЧЕГО-ТО за счет автономных нейронных сетей (мозгов) миллионов людей.
Тишина казалось громкой и долгой.
— Воу, — выдохнула Арли. — В какое интересное время мы живем. И об этом никто не знает? Никто ничего не заподозрил?
— Я бы сказал — в страшное время. И именно поэтому об этом знают очень немногие. Заподозрил? Вы шутите? Девяносто пять процентов людей не знают первой статьи конституции. Мы живем по законам, которых не знаем и которые давно пора не только подозревать. Но нет же. Чуда не случается, — индус тяжело задышал от беспрерывного эмоционального монолога. — А тут — сказочный виртуальный мир. Бросьте. Если власти сейчас сообщат, что Айвал забирает половину умственных ресурсов человека, то это ничего не изменит. Секс с настоящими эльфийками для многих дорогого стоит. И далеко не только это.