— Я вас скоро догоню, — сказала Миранда, заходя туда. Тенеан прошёл следом. — Так странно. Я могу догадаться, для чего какие приборы, но в целом мало что узнаю, — тихо сказала она, с интересом осматриваясь.
— А вот для меня они как родные, — усмехнулся Тенеан и подошёл к компьютеру, стёр с монитора пыль. — Похоже на мастерскую Рейндиса, только слишком уж прибрано.
Пока Мира ходила от прибора к прибору, он решил исследовать ящики стола. В нижнем располагались кабели и адаптеры, в среднем — отвёртки, кусачки, плоскогубцы и прочие инструменты, сваленные без всякой системы, а вот в верхнем, если продраться через хаос канцелярии, удалось найти пару носителей. Что бы там ни было, можно забрать с собой и уже дома просмотреть.
Миранда же дошла в итоге до капсул для хранения роботов. Открытых и пустых. И вроде ничего такого, кроме того, что капсулы принято всегда закрывать, но замки… Они выглядели странно. Даже дома был не такой.
«Сюда ещё какую-то систему накрутили…» — подумала она, отслеживая ход подключённых к капсулам проводов. Те уходили в стену.
— Любили же в прошлом мудрить. Ладно, пошли за остальными.
Тенеан кивнул, и они побежали по коридору за группой, уже успевшей миновать медпункт, ещё один санузел и добравшейся до небольшой столовой. И было в ней что-то такое, заставившее притормозить и заглянуть внутрь. Простые, невзрачные столы из ДСП, зато украшенные причудливыми салфетницами и иногда — скромных размеров вазами. Стулья с каркасом из чёрных металлических трубок и тонкими, обтянутыми зеленоватым кожзамом сидушками и спинками, которые обычно быстро начинали отваливаться. Пастельно-жёлтые стены с репликами картин. По углам — нелепые, яркие горшки с давно засохшими растениями. Это выглядело чем-то из ещё более далёкого прошлого.
— Если такое считалось стильным интерьером, то у меня так и не развилось чувство вкуса, — растерянно присвистнул Калле, выходя обратно в коридор.
— А оно у тебя начинало развиваться? — подколола его Инкери.
— У меня отличный вкус! Особенно если мы говорим о вкусе печенья, которое делают Вильен с Ноэлем.
— Вот только не начинай опять свой трёп о еде! — простонал Шон, закатывая глаза.
— Я сегодня впервые о ней заговорил! Ты вот, кстати, зря нос воротишь. То, что они не выходят наружу, навыки готовки хуже не делает. Вот ты пробовал на прошлой неделе суфле?
— Лучше б ты им подавился. У тебя ничего не слипнется столько сладкого есть?
Тенеан тихо рассмеялся, наблюдая за тем, как Калле более чем намеренно раздражал Шона, а сам приблизился к Миранде и почти шёпотом пояснил:
— На самом деле, мне кажется, никто не считал такое оформление действительно стильным. Просто были те, кому неважно, лишь бы что-то условное для уюта добавить, вроде картин и зелени. И всё равно общественные столовые часто выглядели в таком духе.
Вскоре случилась развилка, пришлось разделиться. Инкери, Миранда и Тенеан отправились направо, Шон и Калле, чью слишком оживлённую беседу никто не рискнул прерывать, — налево. Теперь следовало держать наготове рации, чтобы обмениваться информацией об успехах. Или провалах.
— Кажется, мы нашли комнату отдыха, — раздался голос Калле. — Попробуем откопать тут что-нибудь. Фильмотека выглядит неплохо…
— Хорошо. Но мы пока пройдём дальше, — отозвалась Инкери.
— Угу. До связи.
Правой группе попадались довольно непримечательные помещения, в основном жилые, пока они не добрались до двери, к которой не подошёл универсальный ключ. Пришлось снова разбирать замок и подключаться. Вскрытие через программу не помогло, поэтому, ещё раз просмотрев выданную анализом картину, Миранда полезла в электронную начинку. Не можешь взломать — сломай.
— И-и, раз! — Замкнув контакт, она нажала на ручку, и та поддалась.
Пока Миранда собирала инструменты, Тенеан прошёл внутрь и нащупал включатель. В этой комнате стояло несколько компьютеров, а на стенах висели пробковые и меловые доски, на некоторых даже сохранились заметки и рисунки. Инкери подбежала к застеклённому шкафу, в котором стояли папки, а Тенеан включил первый попавшийся компьютер и снова начал копаться в ящиках, пока тот просыпался.
— Никогда не понимал логику хранить книжку, с паролем от компьютера, рядом с этим самым компьютером. Гениальнее только те, кто лепят стикер на монитор.
— Мне всё ещё трудно привыкнуть к самому существованию паролей на устройствах, — призналась Мира, включая другой компьютер.
— Когда людям снова станет не всё равно, у многих вернётся тяга спрятать личное пространство под семью замками. В том числе и электронную его часть.
Миранда и Тенеан продолжали переговариваться, просматривая, хранится ли что полезное на компьютерах. Вскоре они решили, что легче просто разобрать те и забрать с собой носители, чем тратить время на более тщательное изучение и перезапись. Инкери штудировала шкафы, изредка откладывая папки или отдельное их содержимое в свой рюкзак.
Неожиданно зашумела рация. Послушалась ругань Шона. И командный крик:
— Быстро к выходу!
Глава 20. Мораль и выбор
— Что за? — Миранда быстро закинула последний вынутый носитель в рюкзак, застегнула его и вскочила на ноги.
С другого конца доносились шум, звуки борьбы, выстрелы, топот. Нет времени размышлять о случившемся. Нужно бежать. Тенеан выхватил у неё рюкзак, понимая — с утяжелителем Мира долго не протянет, зато с оружием обращается лучше.
Включать визоры пришлось уже на ходу — чтобы не думать о маршруте и бежать по отмеченному пути. Миранда достала и напряжённо сжала пистолет. Почему они столкнулись с радикалами именно здесь и сейчас? Время подумать об этом появится в более спокойной обстановке.
Развилка. На ней два человека. Незнакомых. Бежавшая впереди Инкери запустила в первого прихваченной из комнаты тяжёлой карандашницей. Второго, не дав осознать происходящее, оглушила прикладом. Пугающе точные, выверенные движения. Ни секунды сомнений. Поэтому разведчиков легко отличить от прочих обитателей базы — те не должны колебаться, когда наступает момент причинить другому человеку боль.
Они нагнали Калле. У того по щеке была размазана кровь. Чужая. Наверное. Не было времени рассматривать. Главное в этот момент — он крепко стоял на ногах и точно мог дотянуть до корабля. Инкери на ходу спросила, где Шон. Калле ответил, что тот догонит, как разберётся с самыми упёртыми. У него в руках находилась и та часть наследия, которую должен был нести Шон, но её также забрал Тенеан. Если лучшее, что оно мог сделать, это облегчить другим передвижение и увеличить манёвренность, то так тому и быть.
— Тебе не тяжело? — спросила Миранда, снова бросая взгляд за спину. Сзади доносился топот. Но чей?
— Никак нет. Этого слишком мало, чтобы превысить заданную грузоподъёмность.
Мира кивнула. Робот, в отличие от человека, не может увеличить свою силу путём тренировок, к тому же, составляющие всех андроидов были рассчитаны на физические параметры, превышающие средние человеческие. Но не имеющее смысла беспокойство возникло само по себе. Сходство с человеком заставляло Миранду забыть о том, что рядом робот.
Из столовой выскочил человек. Калле тут же впечатал его лицом в стену и вколол шею снотворное. Хруст и кровавый след сообщили, что от удара сломался нос. Одновременно с этим Инкери выстрелила, нейтрализуя того, кто не успел добежать до двери.
Грохот. Крик. Удар. Когда беглецы почти достигли зоны перед гермодверьми, их нагнал Шон. Тоже в крови, с пистолетом в руке и выражением «приблизишься — прибью». Только вот топот никуда не делся. Это заставляло не сбавлять темп.
Как только показался электрощиток, Миранда поднажала и метнулась к нему. Здесь точно можно произвести автоматическое открытие внутренней двери, пока работает генератор. Кнопка. Рычаг. Два рубильника. И с силой вдарить по последней кнопке. Механизм открытия приведён в действие.
Шон проскочил первый, чтобы успеть отпереть наружную дверь. Миранда стала замыкающей. Встала в проходе и достала пистолет, переключила режим: с усыпления на атаку. Держа тот наготове, она ждала отмашки. Как только дверь откроется, она должна сломать генератор, снова погрузив базу во тьму.