-Может, подскажешь, что я могу съесть и не отравиться? - обратилась я к Такуми, когда попытки найти что-нибудь вроде: жареная картошка или филе курицы, оказались тщетными.
-Не волнуйся, я все закажу сам, - успокоил меня напарник и, ткнув в пару названий, отпустил официанта, который все это время стоял над душой. Разве в ресторанах так делают? Я почему-то всегда считала, что они подходят только когда клиент готов сделать заказ.
Как там говорила Женя? Расслабиться и ничего не делать? Три хаха, четыре раза. Как тут расслабишься, когда не знаешь, чего ожидать от... парня. Действительно, кто я сейчас для него? Девушка? Или просто интрижка? Вроде, он меня любит, но ничего не говорит о том, кто мы друг для друга. И еще эти «тайные отношения» ясности не добавляют.
Я так задумалась, что не обращала на своего напарника никакого внимания и очнулась только, когда он фыркнул и засмеялся.
-Что произошло? - спросила я, нахмурившись.
-Нет, ничего, - улыбнулся он, как будто и не нарушил тишину. - С чего вдруг такие вопросы?
-Но ты ведь только что смеялся? Вот я и спрашиваю.
-Извини. Просто ты так забавно хмурила брови, пока думала, что я не удержался. Подозреваю, что ты только что вывела какую-то теорию, которую мне придется опровергнуть.
-С чего ты взял? - возразила я, отворачиваясь. Черт! Как он догадался, о чем я думаю? Хотя, конкретно ничего не сказал, но ощущение такое, будто мысли прочитал.
-У тебя очень живая мимика.
Я ничего не успела ответить, так как принесли заказ. Во время еды мы не разговаривали. И, да, Такуми был прав: еда в этом ресторанчике была просто изумительной.
Когда мы с напарником закончили набивать желудки, то покинули замечательное место под названием «Сокровище трех морей». Мне было жутко интересно, что же Такуми еще придумал, ведь, я была уверена, поесть еды, было не единственным пунктом в его плане.
Всплыв на поверхность, мы вновь прошли сквозь портал и оказались... на очень знакомой мне улице. Знаете, у каждого есть место, которое он считает домом. А у меня такого не было с тех пор, как погибла Женя. Единственное, что меня связывало с приютом, это мальчишки, которые жили там. Для них я была своей в доску, и сейчас мне как никогда их не хватало.
Увидев, куда мы попали, я, не раздумывая, побежала к воротам большого здания, во дворе которого бегали мальчишки. Я смотрела, как они веселятся и радовалась, что у них все хорошо, а на глаза наворачивались слезы.
Тут один из пацанов, Сережа, повернул голову в мою сторону и широко улыбнувшись, побежал к забору, крича:
-Сеструха! Сеструха Вася пришла!
Его услышали остальные и, точно копируя друг друга, побежали ко мне. Оказавшись от меня на расстоянии вытянутой руки, они заговорили наперебой, пытаясь за один раз рассказать все те новости, которые я пропустила. Я слушала, ничего не разбирая за гомоном, но все равно улыбалась, радуясь, что смогла увидеть этих непоседливых детей.
-Ты обещала научить меня драться! - перекрыл все остальные голоса один.
Я повернулась в сторону того, кто сказал это и увидела Сашу. Этот мальчик был самым старшим в приюте, многое уже видел, поэтому детская непосредственность уже слетела с него как шелуха. Помнится, как-то он попытался защитить от воспитателя десятилетнюю девочку, но не слишком преуспел, и теперь щеголял небольшим шрамом над бровью. Я тогда уже не жила в приюте, но периодически приходила, так что узнала об этом уже постфактум.
-Я такой слабый, - сказал он мне тогда. - Ненавижу себя за это.
-Не нужно, - ответила я. - Каждый из нас рождается слабым, но некоторые закаляются естественными и неестественными способами. Чтобы защищать кого-то лучше всего тренироваться, чтобы не проигрывать. Я могу этому поспособствовать, если хочешь.
-Обещаешь? - на меня смотрели детские глаза с такой решительностью, что я не могла отказать.
-Обещаю.
И вот теперь Саша требует с меня то самое обещание. Так не хочется его разочаровывать, но я же умерла. И не могу учить его постоянно. Как же сказать этому мальчику об этом? Но моя проблема решилась таким образом, какого я не ожидала.
-Она пришла дать тебе первый урок, - я даже и не слышала, как Такуми подошел и стоял все это время сзади, не привлекая внимания.