Он говорил еще что-то, но я была потрясена тем, что сейчас произошло, поэтому не знала, как реагировать. Первой мыслью было: вырваться и врезать ему, но потом мне захотелось остаться вот так подольше. Было что-то успокаивающее в объятиях, такое чувство, будто я нуждаюсь именно в этом, будто совсем недавно я потеряла возможность так делать. Ну вот, опять это непонятное чувство потери. И откуда оно только взялось?
Мысли бога в виде записи в дневнике
Мне захотелось что-нибудь разбить. И, судя по тому, как Хрон попытался спрятаться, это желание отразилось на моем лице.
-Такуми, успокойся. Ничего катастрофичного не произошло.
-Ничего катастрофичного? - взвился я. - Мою женщину обнимает какой-то пацан, а я даже не могу вмешаться и надавать ему по морде.
-Слушай, если посмотреть на ситуацию трезво, то он даже никаких действий не предпринимает, просто утешает ее.
-В каком месте он ее утешает?! - еще больше разозлился я. - Она не нуждается в утешении прямо сейчас.
-Откуда ты знаешь? Звук мы еще не настроили, так что мало ли о чем они говорили. Успокойся уже!
Я хотел высказаться еще, но все же попытался усмирить свою ревность. Действительно, чего это я распаляюсь. В том, что произошло, нет ничего такого. Вот если бы они страстно целовались, было бы о чем беспокоиться. Да и она меня не помнит, поэтому этот инцидент нельзя рассматривать, как измену. Однако, одно то, что кто-то помимо меня прикасается к Василисе, просто бесит. Мне тут же захотелось нарушить запрет Духов и перенестись туда раньше срока.
-Успокоился? - поинтересовался бог смерти, выбираясь из своего укрытия. - Вот и хорошо. А теперь, если ты не против, давай займемся настройкой звука нашего импровизированного телевизора.
Да я не только не против, а всеми руками за. Видя мой настрой, Хрон как-то странно улыбнулся, но ничего не сказал. И, может, это и к лучшему, что он не поделился своими мыслями, что-то не хочется слышать выводы, к которым я и сам уже пришел.
Люди говорят, что совместные трудности сближают, что в некоторой степени верно, но не совсем так, как хочется думать. Попав в ситуацию, опасную для жизни, заклятые враги могут помириться и даже стать лучшими друзьями. А незнакомые люди и влюбиться. Такое ощущение, что в человеческом мозге есть область, которая подает сигнал при опасности: доверься этому человеку, с ним ты не пропадешь.
Вот сейчас, я не слишком хотела видеть Андрея, но тот факт, что я чуть-чуть постояла в его объятиях, навел его на какие-то мысли. Именно поэтому парень последовал за мной в притон наркодиллеров. Я попыталась ему объяснить, что-то был минутный порыв и ничего не значит, но Андрей был непреклонен в своем стремлении находиться рядом со мной. Поэтому я махнула на это рукой. Если хочет помочь, то пусть, мне же проще будет.
Склад, который я хотела проверить, действительно оказался убежищем для производства наркотиков. Только вот людей там не оказалось, только лаборатория. Самое время было вызывать полицию, но мне захотелось, чтобы преступников схватили с поличным и посадили, так что я решила повременить с органами правопорядка. Сама я осталась внутри, а Андрея поставила на шухере, чтобы не пропустить преступников.
Ждать пришлось несколько часов. Было очень скучно, поэтому я решила потренироваться, пока никого нет. Тело знало наизусть все приемы и удары, поэтому мозг почти не участвовал в тренировке. И тут я сделал финт, который точно никогда не изучала и не выполняла. От неожиданности я потеряла равновесие и больно ударилась коленом об пол. Что это сейчас было? Откуда я знаю этот прием? Как только я задумалась над этим, голову пронзила острая боль, прерывая мои попытки, что-либо вспомнить.
Внезапно ко мне кто-то прикоснулся, а я отреагировала инстинктивно, просто била наугад, так как головная боль все не проходила. Тот, кого я ударила, ойкнул и чертыхнулся.
-За что? - услышала я знакомый голос.
-Андрей? - я повернула голову и увидела парня, который держался за нос и обиженно смотрел на меня. - Ты что здесь делаешь?