Может быть она решила переключиться на меня? И стоит, глазки в пол, улыбается. А я сдерживаю себя, чтобы не послать всех. Даже Дорга, если понадобится. Пусть сам тренирует свою подстилку. Начало боя и девчонка стала в позу. Что ж, хоть это она может.
Сознаюсь, первый удар был точным и хорошо поставленным, но недостаточно сильным. Я легко уклонился от него и от череды следующих. Когда мне надоело, одно движение и она лежит на земле. Но вместо того, чтобы разрыдаться и убежать, снова встаёт и пытается меня задеть. Просто глупо! Неужели таким образом хочет произвести на меня впечатление? Или на кого-то другого? Свидетелей то много, только вот я в актеры не стремлюсь.
Снова мой удар и она на земле. И снова встаёт. Меня это стало бесить. Отмахиваясь от ударов, пропустил один, перед глазами словно пелена спустилась на мгновение. Секунда, а она уже лежит на земле и не встаёт. Вокруг тишина и только Катарина слабо стонет. Меня оттеснило от нее волной подбежавших парней: Дамир, Алан, Виранж, даже Дорг, посмотрев на этот спектакль несколько минут, пошёл в раздевалку. Если ее завтра поставят мне в пару - пойду к ректору. Пусть сам разбирается со своей девкой.
Дамир
Катарина лежала на земле и не шевелилась. Первое, что я испытал, это страх за ее жизнь. Странное чувство к, казалось бы, постороннему человеку. Я видел, что Шер слишком предвзят к ней, возникали мысли, что он просто ревнует. Но зная его, даже предположение, что он посмотрит на другую девушку, смешно. И чревато разбитым носом.
Всю неделю мы тайно встречались с Катариной. Это новое для меня. Раньше особо не шифровался. То есть вообще не прятался. Мог спокойно поцеловать девушку на улице. А Катарину я даже за ручку подержать не могу. Такая скрытность поначалу бесила. Но ради пари я решил подыграть ей. А потом мне это странным образом понравилось. Встречи в конюшне, где никого нет. Переглядывания в столовой, пока никто не видит. Это добавило пикантности в отношения и со временем мне это стало нравится. Да и Катарина оказалась очень умной девушкой. Она спокойно может поддержать разговор на любые темы. Я никогда не заговаривал с девушками об оружии или о лошадях. И уж тем более не спорил, какая порода собак лучше подходит для охоты. А то, что она разбирается в магии лучше, чем половина моих знакомых, вообще оказалось сюрпризом.
Я и оглянуться не успел, как прошла неделя, а ведь у нас ещё не было ничего. Даже поцелуя. Мне временами кажется, что у Катарины его вообще не было. Слишком зажато себя ведёт, или умело играет. Но, узнав ее получше, понял - врать она не умеет. Не договорить, это возможно. Так с темами о семье. Родители погибли, живет с родственниками. Все! Больше никакой информации. И эта ее скрытность и одновременно свобода в выражении своих чувств. Когда она смущается и мило краснеет. Это все безумно заводит меня.
И вот теперь я сижу перед ней, а она пошевелиться не может. Единственное желание помочь ей. Отнести в лазарет, исцелить магией. Но я боюсь прикоснуться к стонущей девушке. Рядом оказывается ещё кто-то. Алан, ее брат. Он не смотрит на меня, как и я полностью сосредоточен на девушке. Кто-то ещё подходит. Один из них Дорг. Он сканирует ее артефактом. У девушки перелом и, возможно, надколото ребро. Захотел догнать ушедшего друга и совсем не по-дружески набить ему морду.
- Ее нужно отнести в лечебницу. - Говорит Дорг.
Без слов беру девушку на руки, помогая себе магией, чтобы не навредить ей. Магистр должен остаться с группой, занятие не закончено.
- Я сам могу отнести ее. - Останавливает меня Алан.
Смерил парня взглядом. Только сейчас заметил, что он не похож на адепта. Он намного старше нас, возможно, одногодка Дорга. Отогнал не нужные сейчас мысли.
- Отвали. - Вышло грубо, как я и хотел.
- Я ее брат, поэтому...
- А я ее парень. - Перебил его. Он снова захотел что-то сказать, но девушка на моих руках застонала.
- Мир, ты либо помогай, либо верни, где взял. - С закрытыми глазами сказала она.
А ведь Катарина обычный человек. Ей сейчас ужасно больно. Артефакт провел поверхностную диагностику, вдруг все намного серьезней! Ещё и братец ее под ногами крутится. Не говоря больше ни слова пошел в сторону лечебницы. Алан шел за мной. Я держал на руках хрупкое тело девушки и всю дорогу что-то ей говорил. Она не должна потерять сознание. Я никогда не вспомню всех глупостей, что успел наговорить ей. А когда я отдал Катарину в руки целителям и ждал результаты полного сканирования, понял, что это что-то большее, чем просто пари.