- Как твой врач назначаю тебе целый курс! - Рычит Адам мне на ухо и первый проваливается в огонь.
Затаив дыхание и ощущая дикий жар лицом и почти голым торсом, затягиваюсь следом за невозможным мужчиной. Не думаю, как он мне велел. Гореть, так гореть! Ведь я достану его и в Аду!
ГЛАВА 5
Вывались мы обратно в его лабораторию через ту же самую арку, в которую Адам утащил меня, казалось бы вечность назад. А на самом-то деле, лишь пару часов прошло. От обоих парит дымок. Оба взмыленные после пустынной жары и спринта не за приз, а за жизнь.
Здесь портал уже не искрит и не пылает. Потух. А мы всё ещё горим. Точнее я. И не снаружи, а внутри. А всё от того, что выкатились мы кубарем, да так и остались лежать на полу, в попытке отдышаться. Я случайно оказалась поверх некроманта. И теперь дышу в такт его дыханию, покачиваясь на крепкой мужской горячей груди. И сама внутри пламенею…
Какие сильные плечи под моими пальцами. Какое будоражащее дыхание на моей шее. И какие синие у него глаза. Будто пучины океана, они затягивают меня в свою глубину, и я не сопротивляюсь. Сама тянусь к таким манящим губам, уже ощущая присутствие поцелуя между нами. Но…
- Мэл… Тебе бы не помешало немного сбросить вес. Раздавишь же… - Слышу звук его голоса.
Смысл сказанного доходит до меня, разомлевший дурочки, не сразу. А когда понимаю, то зверею! Вся романтика мантикоре под хвост! Раз не поцелуй, так держи заслуженное, дружок! Вцепляюсь мёртвой хваткой пальцев в его шею. Знаю, что не задушу, но хоть встряхну как следует!
- Зараза ты! Я и так килограмм пять сбросила в той гонке, куда ты меня затащил! И не смей жаловаться! Я легче пушинки!
- Ага! Камаз пушинок! Слазь уже, душегубка… - Адам легко спихивает меня с себя. Вскакивает с пола и достаёт добытый свиток из кармана халата, торопясь к компьютерам и оставляя меня пыхтеть обиженно позади. - К тому же, кого, как не тебя, мне брать с собой в экспедиции?! Ты же мой ассистент. Разве нет?
Разве… да. Унылая правда спускает меня с небес на землю. Адам снова ткнул меня носом в субординацию, чтобы не жаловалась лишний раз. Правильно, зарплату получаешь, так суйся в пламя без вопросов! Что ж, я запомню.
Однако как же наш поцелуй? И как понимать эти его взгляды, что бывают порой так горячи?! Я ему нравлюсь. Но отчего он сопротивляется так рьяно? Принципиальный? Так мне не грех уволиться, чтобы не “амурничать” на работе!
Однако у меня тоже гордость есть. Сколько можно самой напрашиваться на ласку? Кто здесь мужик и завоеватель, в конце концов?! Отныне буду букой и недотрогой. Заслужил.
- Это бумажка хоть ценная? Стоит моей жизни? - Уже холоднее отзываюсь я, в конец остуженная его невниманием.
- Не преувеличивай, Мэлори. Я просчитал риски заранее. Твоей жизни почти ничего не угрожало. - Говорил Адам, погрузив бумагу в какой-то контейнер, похожий на сканер, подключенный к компьютеру.
Как только тот загрузился, некромант быстро что-то застучал на клавиатуре, вчитываясь в текст на мониторе. И снова он так и не ответил на вопрос. Что ищет? Какова его цель теперь? Сестра? Столько лет минуло! Зачем ему всё это?
Но я не стала настаивать. Может, он расскажет мне, когда будет готов. Я же выжата, как лимон. И морально, и физически. Моего ухода Адам даже не заметил, погрузившись в известную ему одному расшифровку. Я же поплелась в свою комнату, очень надеясь на благосклонность дома. Не до его проказ сейчас, совершенно.
Что значит “твоей жизни почти ничего не угрожало”?! А как же песчаные черви? А мантикоры? Будто то был мираж пустыни. Но они реальны. Как этот замок. Как дворецкий, на которого я грохнулась с лестницы. А мираж не может быть настолько осязаемым. И значит, я так мало значу в его глазах. Видимо, не доросла еще. А должна ли? Может, я цепляюсь за воздух, надеюсь на несуществующие чувства? Как распознать ту самую правду? И как не запутаться в самообмане, как в паутине?
Весь оставшийся вечер я посвятила себе. Сначала всласть наплескалась в джакузи, как и хотела с самого прибытия. После перемерила ворох сногсшибательных нарядов, увы, не моих. А напоследок, отужинала великолепным ростбифом с овощами, что так услужливо принёс Чиппенфорс прямо в комнату. Не привыкнуть бы к подобной роскошной жизни, а то и вовсе обленюсь что-либо делать сама. Под конец я, сытая и довольная, провалилась в сон без сновидений на такой мягкой перине в ворохе пуховых одеял. Чем не жизнь принцессы?! Да, если бы только еще эту венценосную особу не гоняли, как живца, по всяким экспедициям!