А сейчас, распаковывая покупки, я смаковала каждую прожитую минуту этого дня. Спокойного, может наполненного рутиной и обыденностью, которые в последнее время меня не посещали, и оттого были встречены с тихой радостью. Для того нам и нужны встряски, чтобы потом покой воспринимался блаженством.
Поход маячит где-то впереди. Возможно завтра, а сегодня вечером здесь тихо, тепло, спокойно. Мирно.
Но тишь да гладь не продлятся вечно, если я всё же не потороплюсь. Так как по приезду домой Чип был категоричен, как никогда! Он готовил ужин "примирения", и нам обоим, мне и Адаму, велено на нем быть, если не хотим нарваться на все анти-гостеприимство, на которое способен дворецкий этого дома. По-моему, довольно-таки устрашающая угроза. Не знаю, как Адам, но у меня так уж точно волосы на затылке зашевелились. Негоже злить Чиппенфорса, не то траванёт ещё слабительным, ага! А бегать по вечным снегам в поисках клозета... нет уж, увольте!
ГЛАВА 8
Ужин был сказочным. В воздухе витали аппетитные ароматы жареного мяса со свежей ноткой зелени и специй. Просторную столовую, сервированную лишь для нас с Адамом, освещали тысячи свечей, как мне казалось.
И когда только Чип всё успел подготовить?! Вот где чудо-дворецкий!
Поздний вечер пронзали нежные звуки скрипок и переливы арф, которые извлекали из инструментов невидимые взору исполнители. Адам улыбался мне, прожигал тьмой своих глаз, сидя по ту сторону стола, отчего казалось, что он так далеко. Ну почему не поставить приборы рядом, а всенепременно напротив?!
Меня бросало то в жар, то в холод от его взглядов. Не зря выбрала сегодня новое лиловое платье с оголенными плечами. Мне определённо нравится реакция Адама на него. Теперь этот наряд мой самый любимый, однозначно!
Я уже не первый раз теряла нить разговора, и потому в какой-то момент Адам замолчал. Наклонив голову набок, он прислушался к напеву призрачных исполнителей и поднялся из-за стола. Пока я терялась в догадках по поводу его намерений, он приблизился и потянул меня за руку. И я пошла, не раздумывая, чтобы тут же закружиться с ним в танце.
Я ли это? С нами ли всё происходит? Куда девался скромняга Адам Лестер, от которого поцелуя не дождёшься, как снега летом! Но вот он, бережно держит меня в своей крепкой хватке и ведёт за собой. Никогда в жизни не танцевала ничего, кроме дискотечных дрыгалок. А тут ноги сами движутся вслед за партнером! Откуда только грация и гибкость? Однако под его обжигающим взором я ощущаю себя леди с большой буквы Л. Атмосфера этого вечера определённо что-то с нами сотворила. Сблизила, соединила воедино. Пусть не телами, но душами. И не нужны слова. Молчание говорит громче. Взгляды ласкают, руки ведут.
В какой-то момент мне показалось, что я парю над землёй. Ведь крылья дал мне он. Или любовь к нему. Хоть бы он ощущал то же, что и я…
Скрипки звучали громче и как будто настойчивее. Они просили: "Ну же, вот он - твой шанс!" И я приняла их зов, ведь Адам так близко. Его губы так и манят. А глаза затягивают в свой омут - не выплыть. Я тянусь к нему губами, и он поддаётся ко мне навстречу. Я уже ощущаю жар будущего поцелуя. Он будет так сладок. И когда между нами лишь расстояние вздоха, Адам говорит:
- Мисс Мэлори...
- Что… - Лепечу я почти бессознательно. Не нужно слов, милый. Однако...
- Мисс Мэлори! Просыпайтесь! Хозяин ждёт вас в лаборатории. Пора в путь! Собирайтесь в дорогу, да одевайтесь потеплее - в Гималаях обещали буран. Вот, я принес ваш завтрак.
Всё это Чип тараторил, громыхая посудой. А затем, протопав костяными пятками по мрамору пола, распахнул портьеры на высоком окне. В комнату ворвался яркий солнечный свет, прогоняя окончательно моё сладкое наваждение, заставляя хныкать от разочарования.
- Ох, Чип! Ну пять минуточек... Мир бы не рухнул, зайди ты на пять минут позже!!
- Сожалею, миледи. Хозяин не любит ждать. - Отчеканил Чип и растворился за дверью в коридоре.
Вот и не убьёшь же его! И так одни кости в одёжках! Я с досадой хлопнула кулаком по подушке. Ах, этот сон бы да наяву!
Хотя не спорю, ужин вчера был. Однако атмосфера не та. Была лишь скомканная вежливость и приятная компания. Но ни намёка на ту искру, что разгорелась позже, в моём сне. И даже платье новое не помогло. Эх...