Адам обошёл маленькую хижину по периметру, будто зная, где искать. Распахнув дверцы покосившегося шкафа, что почернел от времени и сырости, выудил из его недр пластиковый тубус. Просмотрев содержимое на свет керосиновой лампы, Адам удовлетворённо кивнул и убрал находку вслед за фигурками.
- Пойдём. Мы здесь закончили. - Как-то обречённо произносит Адам, кивая на дверь.
Я понимаю, что ему тоже тяжело. Но как утешить, не знаю. Может, также отвлечь, как и он тогда? Откровением о себе? О том, о чём мало кто знает? Мы садимся в лодку, и когда Адам берётся за вёсла, я говорю:
- Я русская.
- С чего бы?... Я видел твоё досье. - Отвечает Адам отстранённо, но уже выныривая из своей “скорлупы”.
- Состряпанное “на коленке”... Было время, были и нужные знакомые. - Говорю, а сама вспоминаю Пабло, главаря банды “Дьяволы”. - Я родилась в русской глубинке. Была оставлена в роддоме, и дальше кочевала по приютам и приёмным семьям. Характер несносный был… и есть.
- А как оказалась за границей? - Уже заинтересованнее спрашивал Адам, глядя на меня с прищуром, будто сканировал на наличие лжи. Но меня он в ней не уличит. Все горькая истина.
- Я была уже подростком, когда меня удочерили иностранцы. Чем я им понравилась, не поняла. Но именно с ними я покинула родную страну, пересекла океан, чтобы вновь остаться одной. Но уже из-за несчастного случая. Дом сгорел. И я снова попала в приют, где обзавелась новыми друзьями. А дальше колледж, буйная молодость, алкоголь, машины, наркотики, криминал… Мне нужно было другое имя. Его и дал мне тот, кто в итоге оказался твоим подопытным зомби.
- Новое имя… - Протянул задумчиво Адам, глядя на меня иначе. Будто глубже, не так поверхностно, как раньше. - И как же тебя звали… там?
- Марина. Филиппова. Недалеко ушла от оригинала, да? - Горько ухмыляюсь воспоминаниям, которые, как думала, похоронила навсегда.
- Недалеко. - Согласно кивнул он мне.
А я только сейчас заметила, что он не гребёт. Мы отплыли на приличное расстояние от хижины и сейчас дрейфуем где-то среди зарослей, что высятся корягами прямо из воды. А земли нет рядом и в помине. Здесь есть течение… Откуда бы ему взяться в болоте?!
- Адам?... А портал тоже недалеко? - Отчего-то я киваю сама себе.
Потому что знаю его ответ, который и не нужно озвучивать. Я всё вижу в его глазах. Все порталы там, где мне не нравится! И этот будет в водопаде? Или под ним?..
Поток становится стремительным. Он подхватывает нашу лодочку, как щепку, бросая из стороны в сторону. Я держусь за борта побелевшими пальцами, копируя собранную позу Адама. Смотреть вперед не хочется. Там всё пенится и бурлит! Живая завеса из брызг!! И нашу лодку утягивает прямо в неё! Мы подскакиваем от жесткого удара (вероятно, об камни), и летим в это бурлящее месиво, что обжигает своими хлесткими ледяными ударами и отбирает воздух и мой крик, топя в своей пучине. Поток парализует, играя мною, как куклой. Водоворот жёстко скручивает тело, чуть ли не ломая кости, и внезапно выбрасывает из своих цепких когтей.
Я вываливаюсь из чудовищной болтанки, мокрая и дрожащая, перекатываясь по мраморному полу в том же коридоре, в котором пыталась догнать Адама. Вот и он, стоит на карачках и отплевывается от воды. Такой же мокрый насквозь, как и я. Мои косы успели распуститься в борьбе с водной стихией, и сейчас облепили меня, точно сетью. Я медленно поднялась по стене на дрожащие ноги, только сейчас заметив Чипа, что ожидал нас в дверях лаборатории с охапкой полотенец в руках. Значит, знал или был предупреждён хозяином. В отличие от меня… Обидно.
Что ж, сегодня обойдёмся без поцелуев. Хочу уйти, ощущая себя нагой, но не телом, а душой. Однако, сделав шаг, ощущаю нечто неправильное. Что-то шевелится по ногам! Да и по спине тоже! Пытаюсь увидеть, что там, вывернув голову. Однако я не сова, чтобы крутить на сто восемьдесят градусов черепушкой!
- О, миледи! Вижу, вы решили омолодиться! - Елейно молвит Чип.
- О чём ты? - Сиплю я с дрожью в голосе. Ой, не понравится мне его ответ!
- Пиявки, мисс! Кровопускание всегда идёт на благо юному телу!
Ох, и поздно на него шикнул Адам! Я уже завертелась юлой на месте и завизжала так, что чуть стёкла в его богадельне опять не осыпались!