— Гад — это профессор? — устало уточнил Илья. — Имей в виду, линчевание законом не одобряется, так что поосторожнее со словами.
— А ты не пугай! — мгновенно взвилась девчонка. — Конечно, тебе-то все равно, шо он ей глотку вырезал!
— Не глотку, а связки, — поправил Илья. — Полегче, Альвита. Я пока еще на вашей стороне, но вы уже достаточно потоптались на моих нервах.
Спокойный тон подействовал на Витку, как ведро льда за шиворот — она порывисто вздохнула, явно намереваясь разразиться новой порцией оскорблений, но, так и не произнеся ни звука, выдохнула заготовленный воздух и поникла.
— Давай рассказывай, — подбодрил Илья. — Если задумала что-то незаконное, мы тебе скажем и все дружно про это забудем. Идет?
Витка замешкалась было, явно насмотревшись своих сериалов и не доверяя «продажным» копам, но получила тычок от Мавки и сдалась:
— Я это… Хочу, чтоб он лечение оплатил. Забрал голос, так пусть вернет! Это можно, я видела в одной программе.
— Технически можно, — подтвердил Илья. — Но законных оснований требовать этого нет. Он хозяин и не знал, что Мавка разумна. Тут как бы еще ему платить не пришлось, чтобы возместить ущерб за киборга. Вернее, жене его. Мэтта, конечно, договорится, но… Да и незачем, наши ее и так починят. Правда, немного дольше выйдет…
— Нечего ждать, пусть он! Я знаю, как его заставить, — перебила Витка. — Все оплатит как миленький и еще сам нас на эту Мэтту отвезет.
— Эмм… Пытки тоже запрещены, — осторожно подметил Илья.
— Да незачем пытать, — как-то горько засмеялась Витка. — Надо просто его жене все рассказать, она из него все соки выпьет сама!
— С чего ты это взяла?
Судя по рассказу Мавки, супруга профессора была не очень-то альтруистична и вряд ли прониклась бы бедой какого-то там киборга.
— А я знаю, кого этот кобель от нее прячет, — улыбнулась и сразу снова погрустнела Витка. — Я ей расскажу с условием, шо она нам поможет.
— И кого же?
Витка всхлипнула уже отчетливо, задрала голову, чтобы слезы не текли, проморгалась и жестко отрезала:
— Меня. Он ей с моей мамой изменял.
====== Глава 14. Приговор напополам ======
Низкое солнце приветливо заглядывало меж ветвей, подчеркивая в воздухе каждую пылинку, и казалось особенно ярким. Когда в полдень припекает макушку — это одно, но, клонясь к земле, оно било прямо в глаза, так что Илья весь извертелся, пытаясь и всех присутствующих из виду не упустить, и сам не ослепнуть. Деревья и стоящие спиной к светилу девчонки отбрасывали длинные тени, но солнце постепенно сдвигалось, так что приходилось все время переползать, чтобы не потерять спасительную тень. Мавка озадаченно глазела на ухищрения Irien’а, но вопросов, к счастью, не задавала, не желая перебивать сестру. А Витка, постоянно сбиваясь то на всхлипы, то на смех, все рассказывала и рассказывала.
С профессором она была знакома с такого глубокого детства, что даже не помнила, когда впервые его увидела. Ребенком она его обожала: умный, щедрый и красивый мужчина казался ей волшебником, который, как в старинной песенке, обязательно прилетит на флаере, подарит конфеты и бесплатно покажет мультик. Заезжал волшебник не сказать, чтобы часто, но достаточно регулярно для того, чтобы десятилетняя Витка к нему привыкла и с радостным визгом бросалась навстречу. Профессор привозил маме цветы, какие-то красивые, из тех, что не росли в поселке, а девочке — кучу гостинцев и какую-нибудь неведомую игрушку, с которой ее выпроваживали играть во двор. Мама после визитов волшебника ходила особенно довольная, но какая-то мечтательно-грустная, и любила потом обниматься и шептать Витке что-то приятное. В общем, сплошная добрая магия.
Когда Витка подросла, многочисленные подружки во дворе объяснили ей, зачем волшебник приезжает к маме. В деревне дети взрослеют быстро и очень скоро начинают понимать все плюсы и минусы таких вот «гостей». Витка радовалась за маму: наконец-то той подвезло, нормального мужика себе нашла, не то что папаша, который бросил ее беременную и женился на какой-то высокопоставленной тетке ради денег. Профессор тоже был женат, но хоть не обижал — она после него аж светится, так пусть почувствует себя любимой, счастливой и желанной. Мама же вон какая красивая: молодая еще, волос вьется, глаза синие, фигура пышная! Не чета этим всем, забулдыгам проклятым. Не с Генкой же Луковым встречаться! Или Остапом-Водочкой! А профессор и сам красавец, и рассказать что-то интересное может, и не жлоб какой-нибудь — отличная партия. Еще и не пьет — вообще чудо. А главное — маму любит, а она его, видно же. Пусть будут счастливы.
Но время шло, а бросать законную жену профессор явно не собирался. В отношениях наметился разлад, в конце концов обернувшийся грандиозным скандалом. Пятнадцатилетняя Витка услышала крики даже со двора, поднялась в крохотную квартирку и застала профессора уже на выходе. «Как ты смеешь не верить?! Да я только с тобой! — кричала мама. — Ты на нос посмотри!». Профессор бормотал что-то про «обстоятельства» и «тесты», пятясь к двери, а потом и вовсе выскочил, едва не столкнувшись с Виткой, шарахнулся от нее и удрал. Мама в тот день была сама не своя, много плакала, зло кричала: «Проверить он хочет!» и «Себя пусть проверит!», но так ничего и не объяснила. А потом неожиданно устроилась работать в заповедник, находящийся на другой планете, одной из колоний Шоарры, и уехала туда на вахту, поручив Витку доброй соседке, тете Нюре.
Профессор вернулся через некоторое время и маму уже не застал. Долго мялся, почему-то не решаясь пройти, хотя Витка радушно приглашала попить чаю. Ей очень хотелось, чтобы мама с ним помирилась, она ведь и правда ни на кого больше не смотрела, это же настоящая любовь, как в кино! Но волшебник ушел, и они не виделись почти целый год. Мама тоже пропадала в своем заповеднике, приезжая раз в три месяца совсем ненадолго. Витке исполнилось шестнадцать лет — школа уже позади, самое время искать работу. Ни о каких колледжах и университетах девушка даже не думала: зачем это в деревне, только время зря терять. Мама затею одобряла, даже звала к себе в заповедник, но Витке не хотелось уезжать: тут все свое, родное, а там непонятно что ждет. Так что когда профессор неожиданно позвонил и спросил, как дела у мамы, Витка честно ему призналась, что все у них хорошо, а она вот работу ищет. Мама уже давно перестала на него обижаться, в редкие встречи с дочерью о нем даже не вспоминала, так что Витка тоже неприязни не испытывала. Ну поругались, разошлись, это тоже бывает, ничего не поделаешь. А мужик он умный, может посоветовать, куда ей податься лучше, а то в продавцах мало платят, а швеей не берут — опыта нет. Профессор обещал подумать и вскоре предложил отличное место в качестве служанки у себя дома. Зарплатой не обидел, обязанности хозяйственной Витке были отлично знакомы: прибирать, вкусно готовить и в саду порядок поддерживать. А еще профессор обещал заказать ей в помощь настоящего киборга, от чего Витка пришла в полный восторг. Киборги в деревне встречались редко, мало кто мог позволить себе такой шик, а тут практически в полном распоряжении! Здорово! И от деревни недалеко, и ребятки в охране знакомые оказались — с соседней улицы, будет кому подбросить до дома, если вдруг запозднится. С мамой Витка тоже посоветовалась и получила странное хмыканье и непонятное «А-а, проснулась-таки совесть-то. Правильно, дочка, помозоль глаза». Так Витка работу и получила.
Единственной сложностью было освоить многочисленные технические финтифлюшки для готовки-уборки, она первое время даже не понимала — зачем включать специального робота для протирки стола, если можно просто обмахнуть тряпочкой? Но вскоре привыкла, а потом профессор попросил сдать несколько анализов для специального центра по производству киборгов. Сказал, что из такой красавицы, как она, и киборг получится что надо, а то его жена только на боевого согласилась, чтобы его на конференции сопровождал, а они все страшные, как смертный грех.
Витка ничего не поняла, но плечами пожала и просьбу выполнила. Ей не жалко, а если киборг и правда будет похож на нее, то это даже прикольно. Правда, сперва профессор отвез ее на какой-то ДНК-текст, а уж потом к киборгоделам, но Витка в этом вообще не разбиралась и решила, что так и надо.