Магнус улыбнулся.
Граф сделал шаг и взвыл от боли.
- Сволочная подагра!
- Ты больше не молод, - напомнила ему Гвен. - Теперь ты старый болван!
Но злоба в глазах графа отнюдь не была глупой.
- Разве ты ничего не говорил о желтухе? - спросил Род.
Магнус кивнул, и кожа его светлости приобрела желтоватый оттенок.
- Вызови Солу! - приказал Род. На лбу Магнуса выступил пот. Из стены медленно выступила плачущая девушка-призрак.
- Зачем ты вызвал меня?
Граф смотрел на свою жертву в непритворном ужасе, опираясь на одну ногу и поглаживая другую.
- Посмотри внимательно на своего мучителя! - воскликнула Гвен. - Вот что сделала с ним старость!
Сола повернулась, плач ее стих. Глаза ее расширились, губы разошлись. И она засмеялась.
- Прекрати! - в тревоге закричал граф. Сола засмеялась громче.
- Пора! - приказал Род Магнусу. - Организуй-ка падение навзничь!
Нога, на которой держался граф, подвернулась, и он с воплем опрокинулся на спину.
Сола взвыла от хохота.
Приближенные же графа смотрели, оцепенев.
Граф пытался встать, но был слишком тяжел. Он ревел в гневе, пробовал перевернуться, но ему пришлось несколько раз пинаться и отталкиваться, прежде чем он сумел набрать достаточно инерции. В этот момент он напоминал жука-навозника, дрыгающего лапками в воздухе.
Кто-то из придворных фыркнул.
- Я... я... отомщу! Я жутко покараю, - задыхаясь пообещал граф, с трудом вставая на ноги. Зрелище согбенной спины и жирного зада вызвало у двора пароксизм открытого смеха. Осмеянный сперва стушевался, сник, но потом выпрямился и повернулся, положив руку на рукоять меча. - Молчать, олухи!
- Меч, - прошептал Род.
Магнус кивнул.
Граф потянул за рукоять.
Ничего у него из этого не вышло.
Потянул снова, нахмурился и изумленно уставился на ножны. Клинок не поддавался. Граф напрягся и сильно рванул меч из ножен. Лезвие сверкнуло, описало в воздухе круг, потянув его за собой, и прирожденный комик снова упал, запнувшись за свою ногу.
Придворные просто заливались хохотом.
Побледнев, граф снова попытался подняться, повернувшись к Соле обвислым задом. Она громко хохотала.
- Я не должна...
- Сделай это! - подбодрила ее Гвен. - Ты должна ему гораздо больше!
Глаза Солы сверкнули.
Граф с трудом встал на четвереньки.
Сола шагнула вперед, взмахнула своей изящной ножкой и...
Граф снова растянулся на полу, как большая жирная жаба, и весь просторный зал задрожал от хохота.
- Муж мой, я понимаю, что смеяться над бедой ближнего низко, но, во-первых, граф заслужил это наказание смехом, - наклонилась к супругу Гвен, пытаясь сдержать смех.
- Во-вторых, он нам совсем не ближний, - Род повернулся к Магнусу и намекнул. - Разве на этих пирах не присутствуют своры собак?
Собаки тут же появились, выскочив с хриплым лаем из-под столов. Они принюхивались к графу и с отвращением отворачивались. Одна вцепилась ему в штаны и тут же отскочила, кашляя. Остальные повернулись к поверженному хозяину задом и принялись загребать лапами грязь с пола и засыпать ею графа. Тот взревел, конечно, но его больше никто не слышал.
- Позвольте мне присоединиться к веселью, - сказала Гвен, и неожиданно рядом с графом появился его двойник, приблизился к Соле, но нос у того еще больше покраснел и разбух, а на злобном лице застыло глуповатое выражение. - Смотри внимательнее, милорд!
Настоящий граф развернулся на четвереньках и уставился на себя самого.
Себя самого, каким его видели окружающие. Тот же брел к красавице, вытянув раздутые лапы, и бормотал:
- Ну, моя красавица, неужели ты не хочешь повышения?
- Конечно, милорд, - ответила девушка-призрак и легко увернулась.
Призрак с трудом остановился, размахивая руками, а Сола со смехом смотрела на него. Ничего угрожающего в насильнике и прелюбодее не осталось. Он снова повернулся, глуповато улыбаясь, ощупью шаря вокруг руками. Это был просто уродливый, отвратительный, выживший из ума старик.
Но настоящий граф Фокскорт неожиданно рассмеялся:
- Кто этот старый дурак?
- Кто?! - с восторгом откликнулась Гвен. - Неужели ты ослеп? Так вот тебе зеркало!
Тут же перед Фокскортом появилось большое, во весь рост, зеркало. Он не мог не заглянуть в него, отвернулся, посмотрел на своего двойника, снова вгляделся в зеркало. Так он переводил взгляд с зеркала на двойника раза три, и вся его фигура начала обвисать.
Потом лицо графа исказилось от гнева.
- Нет, ты не смеешь смеяться надо мной. Все мои люди, нападайте! Или хотите быть изгнанными?
Смех стих, словно отрезанный, призраки в ужасе начали переглядываться. Все знали, что их ожидает в случае неповиновения.
- Вперед! - крикнул граф, и все начали с мрачными лицами приближаться к Гэллоугласам.
- Помните, они могут только испугать вас, - сказал Род детям. - Каждый берет на себя десяток и делает их нестрашными.
- Как этого? - спросил Джеффри, и призрак сэра Боркаса поскользнулся и упал.
- Да, примерно так. Держитесь!
Сэр Дилиндаг извлек меч и обнаружил вместо него маргаритку. Пехотинец взмахнул алебардой, но она продолжала вертеться, таща его за собой по кругу и он завопил от страха.
- Хорошая мысль, - заметил Род, и еще одна алебарда завертелась, потом медленно поднялась, как ротор вертолета, и воин выпустил ее из рук, а потом упал, завывая от ужаса.
Фесс гневно заржал, встал на дыбы и обрушился на приближающихся рыцарей.
Это оказалось ошибкой: такое поведение противника было им понятно. Рыцари с криками набросились на Фесса, в несколько секунд окружили его и стали оттеснять в угол, размахивая мечами и боевыми топорами.
- Ну вы, бездельники, прочь от моей лошади! - закричал Род, видя такую угрозу старому другу, и начал пробиваться сквозь схватку.
Он добрался вовремя, чтобы увидеть, как Фесс застыл, колени его подогнулись, голова опустилась и повисла.
- Приступ, - застонал Род. - Слишком много противников, слишком быстро нужно было принимать решения.
- Кого подстрелил эльф? - послышался дрожащий голос.
- Лошадь, - ответил баритон. - Но кто стрелял?
- Никто из нас, - заметил фальцет, и Род отступил, не веря своим глазам: множество маленьких призраков карабкалось по стенам, возникало в воздухе, прозрачных и многоцветных, не более фута ростом.