***
Звонок Вени оказался настолько своевременным, что на переполненных чувствах, Паша пулей выскочил из квартиры и опомнился только возле подъезда. Его сразу одарили уже привычным загадочно-презренным взглядом сидевшие на лавочке бабки-соседки. Он ответил им не менее кособокой улыбкой и отправился к припаркованному байку.
Как ни старался, парень не мог думать о работе. Только о ней. О той неприметной девчонке, которая так серьезно запала в душу. Кира не могла знать, как ему было трудно последние дни. Проводить все свое время в пустых шатаниях по городу, а дома изображать бездушного идиота. Он не мог позволить себе вести иначе.
До сих пор перед глазами стоит пропахшая лекарствами спальня, где любимая дергается в бреду и сухими губами произносит ненавистное имя. Неужели она его по прежнему любит или врет сама себе?
Вопрос снова оставался открытым. Паша так и не смог сегодня задать ей его.
Вкус ее губ после недавнего поцелуя до сих пор обжигал и он с остервенением сжал кулаки. Желание быть с той, кого полюбил с первой секунды встречи никуда не делось. Как возможно было не влюбиться в такую, как она? Вот именно. Нельзя. Теперь можно понять оборотня. Кира стала большим, чем напарница и друг. Она отпечаталась в сердце. Отправила в полный накаут без права на реванш.
После завершения задания, уходить будет невыносимо больно. И не только ему. Их последний разговор многое дал понять. Девушка запуталась в себе и своих предпочтениях. Он не мог отрицать, что Кира влюбилась в него, но его по прежнему волновала тема Глеба. И ныла не хуже раздробленной кости при падении с высоты. Пусть выберет сама, без подсказок. У него есть время подождать. Хоть всю жизнь ждать ее будет, не вопрос.
Рев верного железного коня вырвал из патоки мыслей.
Пора действовать. Веня не любит ждать. Это Кира донесла еще в первые дни сотрудничества.
Зеленые светофоры и пустые дороги на удивление щедро одаривали по пути в контору. Через неполные полчаса, Паша вошел в кабинет начальства.
-- Как Кира?- первое что спросил Веня, неторопливо перебирая на столе папки с бумагами.
-- Идет на поправку и уже рвется в бой по всем направлениям.
-- Не сомневался в нашей девочке,- усмехнулся начальник, озарив подчиненного неполным комплектом передних зубов,- Кира совершенно не умеет болеть. Пускай отдыхает подольше, а ты разберешься с этим делом сам.
-- Что-то узнали о логове Георга?
-- Нет пока, но есть интересная деталь, о которой хочу тебе донести,- Необходимые бумаги наконец нашлись и Вениамин Павлович положил их пред свои ясные очи.- Наверняка ты догадался, что нам по прежнему выгоден подписанный мирный договор с оборотнями?- Паша согласно кивнул,- Поскольку в сложившимся деле присутствует их собрат, Серафим предложил взять в расследование своего поверенного, точнее его правую руку, которой доверяет, как себе.
-- Глеб,- змеей прошипел Паша, сдерживая проступающий из глубины души звериный гнев.
-- Он самый,- не стал скрывать начальник,- Насколько знаю, ты успел познакомиться с бывшим любовником своей напарницы. Вижу, не удивил? Молодец, Кира. Вовремя раскрыла карты, иначе все обернулось бы неприятным сюрпризом.- пока Веня говорил, зубы охотника отчетливо издали скрип, который нельзя было не услышать,- Прекрасно понимаю твое недовольство, но выбора нет. Постарайся смириться с этим до завершения задания. Сейчас Глеб является твоим непосредственным напарником. Орлову я отстраняю от этого дела. Нам она живая и здоровая нужна.
-- Есть,- с нескрываемым недовольством отрапортовал Паша,- Могу идти?
-- Иди,- разрешил Веня,- Не совершай необдуманных поступков...и...да...Кире про Глеба ни слова. Не надо девочке старые раны тревожить.
Старые раны. Они ей их уже не только растревожили, но и сделали еще несколько новых рядом. Саднящих. Не дающих покоя.
Дверь закрылась за спиной. Паша тяжко выдохнул и на миг прикрыл усталые веки. Нужно привести расшатавшиеся нервы в порядок и возвращаться к Кире. Она ждет.
Сердце защемило от одной мысли, что любимая считает минуты до их встречи. Лицо озарила нелепая для сурового парня улыбка. В мечтах он скоро зайдет в дом, обнимет обрадованную напарницу и крепко поцелует. Плевать на все. Это его женщина и ни с кем ее делить не станет.