Выбрать главу

   По нахмурившемуся лицу Пашки и по тому, как он бросает короткие взгляды на меня - разговор не из приятных.

   Под ложечкой тревожно засосало. Похоже нас снова ожидают проблемы.

  -- Что случилось?- сразу спросила любимого, когда спустя время он вернулся ко мне на бревно и по-свойски обнял за плечи.

  -- Все хорошо, Кирюш. Пустяки,- наигранно отмахнулся и легким касанием губ провел по моей щеке,- Обсудили некоторые детали нашего общения с Дэном.

   Да-а-а-а. Тема его брата была до последнего дня весьма больной и животрепещущей лично дня меня!

   Я до последнего молчала про присутствие покойного братца в нашем мире, пока тот сам не явился к нам в дом. Ладно бы пришел нормально, все Пашке дословно объяснил. Но нет! Мы так не умеем! Нам же эффект неожиданности подавай!

   Значит, этот неупокоенный кадр подкрался к Паше в душе и во всю мощь гаркнул одну из фразочек их военных лет. Удивительно, как любимый после такого жесткого прикола заикаться не стал. У меня в тот момент даже кружка из рук выпала от неожиданности. Надо отдать ему должное: стольких витиеватых ругательств в адрес покойных родственников мои уши еще не слышали. Даже записать намеревалась, только не для этого было. Ведь в тот момент, когда эта парочка покинула ванную, пришлось доступным языком рассказывать о причинах появления Дэна в нашей жизни.

   Забавно. На меня даже не надулись за молчание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

   В тот день братья закрылись одни на кухне и говорили о чем-то до самой ночи. После полуночи, когда Пашка разбудил меня, прижавись горячим телом к спине, я поняла, что вопрос о пребывании Дэна в нашем мире улажен.

   Теперь с нами в доме проживает еще и привидение.

   Все бы ничего, но спустя время мы пришли к неутешительному выводу. Дэну как безтелесному не нужны двери - достаточно шага, чтобы пройти сквозь стену. Данный факт не вязался с нашей личной жизнью, на которую мы в последнее время возлагали большие надежды. Уединиться в спальне получалось не всегда, а если и выходило пообщаться без одежды, то под похабные шуточки братца.

   Мы пробовали с ним поговорить, но похоже, чем дольше неупокоенная душа пребывает в нашем мире, тем сильней портится у нее характер. Вспомним того же командора. Вот из-за кого можно смело вешаться.

   Недавно Дэн подглядывал за мной в душе. Хорошо любимый вовремя зашел и выдворил его. Я тогда со злостью запустила в него стаканчиком из-под зубных щеток. Жаль, но пролетел он через него со свистом. Из этого можно подвести итог: слов Дэн не понимает, наказать физически за шалости невозможно. Необходимо искать другой выход из положения.

   И похоже мы его нашли, поговорив с Веней. После выходки командора, они с Ликой долго под впечатлением пребывали. Конечно, не каждый день тебе на ухо шепчут добрые напуствия, как правильней сделать даме приятно.

  -- И что?- с надеждой, просквозившей в голосе спросила у Пашки, не желая мыслями возвращаться в тот дурдом, коим стала наша квартира.

  -- Дэн будет навещать нас только по делу. Теперь никто нам не помешает.

   Пашка многозначительно улыбнулся. А мне тут же захотелось зацеловать его от радости. Он такой у меня умничка!

   Нашего поцелуя никто не заметил, но это не значит, что он был менее догожданным чем у Лики и Вени.

  

  Утро после шашлыков наступило где-то после полудня. В окно уже вовсю прорывалось солнце, а через приоткрытую форточку ласково проникал по-летнему теплый ветерок.

   Пашки в кровати не оказалось. Во сколько бы ни лег мой загадочный мужчина, все равно просыпается с первыми петухами. Вот что значит привычка! Впрочем она у него, в последствии, оказалась не одна. Привычку скрывать свою суть после душа, я все таки переборола. Хватило одного раза ворваться к нему в ванную и нагло совратить. После моих убедительных аргументов, он наконец понял, что я люблю его любого. Теперь он с удовольствием рассекает по дому в одном полотенце, давая мне возможность наслаждаться видом его серо-зеленой чешуи. А какой восторг появляется у Лизки! Так она не облизывалась даже глядя на мойву.

   Из приоткрытой двери доносились два взволнованных мужских голоса. Судя по рычащим ноткам одного и упрекающим другого - ругаются.