Охранник не знал, как реагировать на столь прыткого новенького, потому не нашел лучшего просто смыться в свою каморку к камерам видеонаблюдения. Напарник сдавленно хихикнул и настойчиво схватил меня за руку.
-- Хочешь отвязаться от Игорька - держись ближе ко мне,- я презрительно хмыкнула и отдернула руку.
-- Еще чего. Сам отлипнет. Идем,- указав рукой в направление нужного кабинета, двинулась вперед.
-- Ну-ну,- иронично добавил он и последовал за мной.
Официальное оформление на работу заняло всего несколько минут. Не успели мы и слова сказать, для чего пришли в отдел кадров, как невозмутимый оператор молча выложил перед Пашкой бумаги на подпись. Напарник скептически фыркнул и пробежался глазами по тексту трудового договора. В оружейной тоже не задержались. Под роспись ему выдали полный набор охотника: пистолет Макарова, кобуру, три магазина с серебряными пулями, два серебряных ножа и несколько склянок с заживляющими мазями. Ставить метку пошли так же вместе. Наш знаменитый кольщик по имени Валера был лучшим в своем деле. Он несколько раз занимал призовые места на разных фестивалях татуировки. Вся его жизнь проходила под девизом: "Если на теле есть свободное место - надо забиться", потому у парня к десятому году работы в такой творческой профессии, нетронутая кожа осталась только на лице.
Завидую Пашкиному терпению. Когда я впервые пришла к Валере, то битый час не могла заставить себя протянуть руку для нанесения рисунка. Это сейчас уже не так страшно, а тогда было целым событием, требующим времени на моральную подготовку. Напарник беспрекословно снял косуху и закатал рукав вязаного свитера. Валера что-то задумчиво прикинул в голове и выложил на стол машинку и нужные краски. Мастер всегда бил свои работы без заранее начертанных контуров шаблона, что давало каждой татуировке индивидуальность. Я присела рядом и с большим интересом уставилась на длинную иглу, вбивающую черную краску под кожу.
-- Валер, где-нибудь через месяц найдешь свободное время для меня?- спросила я, когда он на пару секунд отвлекся от руки.
-- Это еще зачем?- встрял напарник, недоверчиво нахмурив брови.
-- Конечно, детка,- беспечно отозвался кольщик,- Что бить будем?
Не замечая тяжелого сопения Пашки и его недовольных прожигающих взглядов, невозмутимо продолжила беседу с Валерой.
-- На ноге хочу большого волка с оскаленной пастью. Нарисуешь?
-- А на заднице ты не хочешь?- взбеленился Пашка, начиная почему-то злиться,- Ладно эта чертова метка - рабочий момент, но другие татуировки точно не украсят женское тело. Надо женственнее быть.
-- Это ты про нашу Киру говоришь?- удивился Валера и громко рассмеялся,-От ее женственности только юбка и каблуки остались. Она у нас считается одним из лучших охотников, к тому же ни один из наших парней так и не смог уложить ее на татами,- затем он обратился ко мне,- Нарисовать - нарисую, только с напарником сама разбирайся. Если все таки решишься, приходи в любой день.
Мы взаимно обменялись с Пашей уничижительными взглядами. Если бы сейчас между нами кто-то стоял, то тот наверняка уже умер от разрыва сердца, не выдержав нашей молчаливой психологической войны.
С какого перепуга он решает за меня, что и когда мне делать? Видите ли ему не нравится татуировки на девушках. Я тут причем? Я не набиваюсь к нему в любовницы да и отношений с ним не хочу. Мало ли мне тоже в нем многое не по вкусу, но молчу же!
Чтобы не разругаться окончательно, забрала свой рюкзак и ушла в спортзал расслаблять нервы. Меня всегда успокаивало непрерывное избиение груши. Перемотав руки бинтами для кистей, нацепила боксерские печатки и подошла к прицепленному к потолку, снаряду. В зале тренировалось несколько моих коллег. От них не укрылось мое неожиданное появление, потому все с любопытством пялились на пышущую гневом, спортсменку. Стараясь не замечать смешков и колкостей за спиной, сконцентрировалась. Сейчас для меня важнее выпустить пар, нежели оттачивать мастерство.
Слегка согнув ноги в коленях, начала молотить грушу попеременной хуками то справа, то слева. Я плавно передвигалась вокруг импровизированного противника, не давая себя задеть. От простого движения, незаметно перешла к целой серии приемов на скорость и силу удара. Когда сердце замолотило в груди бешеный ритм, а дыхание участилось, предпочла потренировать удары с ноги.