Пашка не вынуждал выкладываться по полной, он считал себя виноватым в моей незапланированной головной боли.
Между делом, тело самопроизвольно захотело повысить нагрузку и по груше пошла целая серия ударов не только ног, но и рук. Напарник довольно ухмылялся, чувствуя себя тренером, заслужившего лавры.
Если бы я раньше могла предположить, что он улыбается не по этому поводу, то тут же остановилась и заставила себя обернуться. Но думать и размышлять о случившемся, определенно было поздно.
-- Кира!- позвали меня со спины, ласково положив на плечо руку.
Не знаю, как у других спортсменов, но у меня, во время усиленных тренировок, включается режим бойца. Все коллеги знают: ко мне нельзя, слышите, НЕЛЬЗЯ подходить сзади, когда я отрабатываю сложные приемы. Данная глупость чревата переломами и сотрясениями. Откуда знать столь простую истину обычному компьютерному планктону Игорю, не заходившему в зал с самого первого рабочего дня в нашей конторе?
Перехватив чужую руку, дернула ее на себя и, совершив подсечку ногой, перекинула противника через плечо и повалила на спину. Захваченная рука благополучно осталась в моих цепких пальчиках. Собственная гордыня незамедлительно потребовала болевого. Не глядя на противника, я уселась на него сверху и заломала руку. Бедняга взревел не своим голосом и заколотил пятками по татами.
-- Кирюх, отпусти инвалида, иначе пособие придется ему выплачивать,- со смехом произнес Пашка, внезапно возникший рядом. Он старательно отцепил мои стальные тиски с запястья жертвы.
Режим бойца уверенно уходил на второй план, во мне снова взыграла девочка. Оказывается, мягкий баритон напарника отлично отрезвляет. Я посмотрела сначала на смеющегося Пашку, а потом на ревущего Игоря.
-- Ну что, Ромео,- усмехнулся напарник, обращаясь к моей случайной жертве,- Осталось желание снова оказаться под этой крошкой?
Игорек поспешил замотать головой, чтобы никто не решил обратного. В его глазах читался откровенный страх, не то что подойти ко мне - лишний раз посмотреть в мою сторону! Я нехотя высвободила руку своего заложника. Парень резво вскочил и опрометью кинулся к выходу, будто за ним кто-то гнался.
-- Чего хотел-то?- не без тени улыбки, бросила ему вслед.
-- Из лаборатории вас искали,- ответил он, прижавшись к спасительной двери.
-- Слушай, Игорек,- сейчас было проще остановить голыми руками мчащийся грузовой поезд, нежели меня, нахально измывающуюся над бедным компьютерным гением,- Ты такой отличный спарринг-партнер. На тебе так хорошо отрабатывать сложные приемы,- я хитрой лисицей очень скоро оказалась рядом с ним и томно чмокнув губами, провела ладонью по его костлявой груди,- Может останешься здесь еще на часик-другой? Я так мечтаю отрепетировать на тебе все болевые из своего арсенала, а потом сходим, как ты и хотел: и в кино, и в кафе с халявным интернетом.
Не знаю, что конкретно повлияло на его решение: мой замечательно выполненный болевой или стоящий рядом Пашка в боксерских перчатках с выразительным взглядом атакующего быка. Как не пришлось уговаривать Игорька остаться, он наотрез отказался. Подозреваю, мой единственный поклонник окончательно прекратит все попытки ухаживать за мной и скоро найдет новую жертву. Немного отсмеявшись на развитую Игорьком спринтерскую скорость улепетывания из зала, мы пошли в лабораторию за результатами.
-- Кирюх, нафига ты парнишку напугала?- со смехом корил меня напарник, шагающий впереди.
-- Игорька?- рассмеялась я,- Просто захотелось поглумиться да заодно проверить, насколько его любовь сильнее физической боли.
-- Прошел проверку?- в его голосе прозвучали ироничные нотки.
-- Ага,- согласилась я и шуткой сказала,- Ревнуешь?
Пашка так внезапно остановился, что я не успела вовремя затормозить и влетела носом ему в спину.
-- Блин!- выругалась сквозь прижатую к лицу руку,- Ты чего? Так нельзя!
-- Извини,- напарник развернулся и заботливо осмотрел меня на наличие перелома носа,- Все хорошо, это просто ушиб.
-- Сама знаю,- огрызнулась я и обиженно пошла в сторону лаборатории.
Кто бы мог подумать, что Пашка не оценит моей плоской шутки и так странно отреагирует. Все таки не понимаю я его местами.
-- Не ревную,- наконец услышала его голос позади, только сейчас он прозвучал менее уверенно, чем обычно.