Он был намного крупнее остальных. Волки не хотели отступать от такой легкой добычи, как я, но мой защитник грозно зарычал и оскалил пасть так, что им пришлось отступить и скрыться за деревьями. Я оказалась настолько поражена увиденным, что не сразу осознала, кто меня спас. Расскажи эту историю своим коллегам - не поверили бы. От стаи голодных волков мою шкуру спас самый настоящий оборотень! Как потом выяснилось, его звали Глебом. Все эти дни, пока я безуспешно слонялась по лесу в поисках призрака, он ходил за мной по пятам. На вопрос зачем ему это было нужно, всегда отнекивался: "Негоже молодой охотнице погибать от зубов обычного волка. Вот если бы от оборотня...", но сам ни разу не напал,хотя возможностей подворачивалась уйма.
Я влюбилась в него сразу же, как увидела в ипостаси человека. Конечно, он не был истинным красавцем с глянцевых журналов, но в нем чувствовался стержень. Вероятно, звериная сущность оставила свой след на человеческом обличье.
По телосложению Глеб был высоким и весьма худым парнем, но в случае опасности в мгновенье ока мог обрасти мышцами и в человеческой ипостаси сражаться с кем угодно.
И что я в нем нашла? На внешность бывший тоже не отличался красотой: глубоко посаженные глаза цвета коньяка, грубо очерченные скулы, тонкие губы, обрамленные неброской щетиной. Классическая стрижка каштановых волос тоже не придавала ему явной индивидуальности. Встреть я его при других обстоятельствах,никогда бы не подумала, что он - оборотень. Тот, кто с легкостью может перегрызть глотку, совершенно не задумываясь о последствиях. Но Глеб поступил опрометчиво, пригласив меня на свидание.
Я долго сомневалась, стоит ли мне нарушать кодекс охотника, но сердце как всегда решило за разум. Где-то полгода мы с ним встречались: ходили в кино, гуляли, а потом он как-то незаметно перебрался ко мне. Мы безумно полюбили друг друга, но наша любовь была без права на существование. Ни в стае, ни в конторе такой странный союз никто бы не одобрил, поэтому в течение полутора лет, нам приходилось бессовестно скрывать эти отношения. Все было до сих пор хорошо, если бы в один прекрасный день командор не застал нас двоих в обнимку на постели. Такого крика от духа я никогда больше не слышала. Очень скоро эта пикантная новость дошла и до Вени с вожаком стаи.
На очередном приеме у начальника мне ясно дали понять, что я нарушила главное правило охотника - "Никаких любовных отношений с нежитью". Меня обязаны были уволить по статье без права на восстановление, но Веня пожалел и просто загрузил работой.
Глебу досталось не меньше. Вожак запретил ему встречаться со мной. Однажды он сам пришел ко мне и рассказал, какое наказание получил любимый. На мой взгляд с ним поступили слишком жестоко - заперли в одиночной камере без возможности смены ипостаси даже в полнолуние. Для оборотня это смерти подобно, но Глеб стойко держался полтора месяца. Поскольку он был одним из приближенных к вожаку, его помиловали и выпустили на свободу.
В тот же день Глеб вернулся ко мне и мы снова были счастливы, жаль недолго. Вожак предложил нам компромисс, в котором мы можем быть вместе. Для этого я должна была уйти с должности охотника и избавиться от гена при помощи магии. В таком случае, Глеб смог бы сделать меня оборотнем, но он отказался. Он не захотел портить мою жизнь, ведь став такой, как они, я никогда бы не испытала радости материнства. Обращенные в нежить не могут иметь потомства.
После многочисленных ссор, мы все таки расстались. Наступил переломный момент моей жизни. Веня и Лика старались поддержать, как могли, но душевная боль от вынужденного одиночества не отступала даже после двух лет со дня расставания. Долгое время меня не отпускало чувство вины. Я корила себя за нерешительность быть с тем, кто стремительно ворвался в сердце и зародил в нем огонек любви.
Совсем недавно стали доходить слухи, что Веня подписал с вожаком оборотней мирный договор. Из случайных разговоров так же узнала новости о Глебе. Он по прежнему оставался приближенным к вожаку, правой рукой. Пару месяцев назад женился на девушке из стаи.
В очередной раз я почувствовала, как кто-то очень жестокий опять окатил меня холодной водой. Вновь стало невыносимо больно и обидно, от чего пришлось снова завалить себя горой работы и чрезмерными тренировками в зале. В таком темпе не хватало времени,чтобы просто жить. На бегу я завтракала и только ближе к утру заваливалась спать, не чувствуя ног от усталости бесконечного дня. Такой бешеный ритм продолжался почти полгода.