-- Теперь он мой, слышишь! Глеб МОЙ муж! Мы ждем НАШЕГО ребенка,- безумица обхватила руками живот, я невольно ощутила легкую зависть как женщина и одновременно жалость к бывшему.- Ты опоздала!
-- Кира пришла сюда по делу,- вступил в диалог с супругой оборотень, повторив попытку утихомирить,- Мы уже давно расстались и нас ничего не связывает.
-- Ага! Как же!- она снова зашлась безумным смехом так, что всем стало жутко. Затем жестко оттолкнув от себя мужа, с грацией хищного зверя в положении бросилась в мою сторону.
Прыжок оказался настолько сильным, что меня прижало спиной к стене. Руку снова пронзила невыносимая боль, наверно закровило. Я издала тихий стон.
-- Ненавижу тебя!- орала в лицо, цепляясь мертвой хваткой мне в волосы.
Не хотелось причинить вреда ребенку, потому я старалась как можно осторожнее отцепить психованную от себя. С ноющей раной выходило не просто.
-- Не понимаю, как Глеб связался с такой истеричкой! После тебя придется ставить уколы от бешенства. Сходи к ветеринару, проверься! Заодно о ребенке позаботишься.
Пока Пашка и Глеб старательно отцепляли от меня озверевшую беременную, та успела пару раз прицелиться кулаком, но безуспешно. Сноровка в ближнем бою не подкачала, а поврежденное тело на автомате уворачивалось от нападения.
-- Ненавижу! Глеб - мой! Он никогда не будет твоим!
Парням наконец удалось оторвать ее от меня. Глеб заломил ей руки и дал время успокоиться. Она несколько раз вырывалась и снова бросалась в атаку, но Пашка геройски закрывал добычу грудью. Стоять за его спиной было так хорошо и безопасно, не хотелось покидать укромного места, наоборот, прижаться к нему крепче и разреветься в голос. Но вместо желаемого, я впала в ступор, наблюдая, как Серафим показательно выступает в роли вожака стаи:
-- Успокоилась,- злобный рык пронесся по залу, отчего умалишенная перестала вырываться и боязливо опустила глаза вниз перед альфа-самцом,- Ты опозорила нас в глазах этих людей. А теперь пошла к себе домой и сидеть взаперти неделю. Твой муж сам накажет тебя за попытку нападения на гостью.
-- Да, альфа,- обреченно согласилась вмиг успокоившаяся девушка и от страха сжалась в комок.
Глеб медленно разжал захват и отпустил ее. Обняв себя за плечи, она обреченно поплелась прочь из зала, потом вдали послышались тихие всхлипы. Мне стало жалко бедняжку. До какой степени нужно любить мужа, чтобы слепо ревновать его к другим? Неужели он так много рассказывал о нас?
Тем временем виновник женской истерики с горечью в глазах, беззвучно вымолвил губами и последовал за женой: " Прости за все, Кирюш...".
В тот момент по его лицу читалось столько накопленной боли, ее хватило бы на целый город. Неужели Глеб страдал все эти годы и пытался забыться в чужих объятьях?
Со стороны наверняка никто не заметил, какие бури бушевали внутри меня. Так хотелось скрыться от посторонних и предаться привычной жалости к себе. Душу разрывала волчья тоска по любимому мужчине. Теперь он связан с другой и больше никогда я не встречу его дома и не смогу считать своим. Глеб останется клеймом на сердце, отравляющим мое жалкое существование без него.
-- Кирюш,- послышался вдали обеспокоенный голос Пашки,а потом его сильные руки осторожно потрясли меня за здоровое плечо,- Кирюша, очнись!
Я пришла в себя и осознанно посмотрела на напарника. Он выдохнул и прижал к себе.
-- Отпусти!- рявкнула на него, силой оттолкнув от себя,- Никогда больше так не делай.
-- Договорились,- с легкой обидой быстро согласился напарник,- Просто хотел поддержать тебя.
-- Я в порядке. Идем.
Кивком попрощавшись с вожаком, мы наконец покинули неприветливое логово оборотней.
Промозглый ветер бил в лицо, выдувая из головы плохие мысли. Мы молча добрались до автобусной остановки. По одному взгляду на напарника было видно, как он обеспокоен моим состоянием, тем не менее держал слово и не лез с поддержкой. Видно не хотел получить за излишний энтузиазм.
Встав под спасительный козырек остановки, Пашка отвернулся в сторону ехавшего к нам троллейбуса. Поскольку наш автобус уехал перед самым нашим носом, следующий планировал подойти только через час. Оптимизма к ожиданию в такую погоду не прибавилось, наоборот, копились слова признательности в адрес тому, кто составляет график работы маршрутного транспорта.