Всполошённые шумом, который они могли услышать и картинками с видеокамеры, которые попались им на глаза, в коридор тут же посыпали военные. Всё происходило слишком быстро и настолько стремительно, что изображение расплывалось в глазах, будто я двигался на запредельной скорости.
Увидев, что подмога спешит на помощь, Стенли оживился. Он был растерян, так как сразу четверо грозились выстрелить в него, но всё же лейтенант принялся отбиваться. Джулиетт отреагировала быстрее: она кинулась к кровати, из-под которой виднелась рукоять катаны. Уже через секунду острое лезвие было в миллиметре от горла Томаса. Девушка смотрела на него с сожалением, её руки слегка подрагивали. Она даже не обращала внимания на то, что происходило за её спиной.
Моментально ударив ворвавшегося в комнату военного ручкой пистолета и растолкав других, я побежал к лестнице. Должно быть, я выглядел, как мечущееся по клетке животное – на лице смятение вперемешку с яростью, в мыслях – переполох, адское ощущение того, насколько тяжело мы влипли. Сейчас, окажись обряд Раджаны безобидным, как мысли годовалого ребёнка, мы окажемся, возможно, в ещё более худшей ситуации. Мы уже нарушили равновесие на военной базе, подняли руку на некогда защищавших нас людей…
Но если всё это заварилось…если эти тайны имеют место быть…значит, всё не зря.
Как только я оказался на лестничной площадке, с верхнего этажа на меня кинулось несколько человек с оружием. Сейчас нас окружат, обезвредят, и, что вполне вероятно, убьют.
Лори…Карл…
Чем я думал, когда зашёл на территорию этой базы? Живые люди сейчас не приносят добра и не занимаются благотворительностью, они используют, эксплуатируют, завоёвывают.
Я начал упорно отбиваться, как бешенный зверь. Из меня вырывался несвойственный человеку рык. Я махал оружием, нанося вред любому, кто кидался на меня, и слушал хруст ломающихся костей. Тёмное тесное помещение освещали вспышки летящих наугад пуль, звон ищущего добычу оружия оглушал.
Я почти не видел, что делаю, я чувствовал боль, но она не останавливала меня. Однако получив сильный удар по грудной клетке, я упал на колени. Дышать сразу стало сложно, как будто я находился где-то глубоко под землёй, где воздуха катастрофически не хватает.
Я глядел на свои окровавленные руки, изображение сотрясалось с получением новых и новых ударов. Чья это кровь на моих руках?
Не разобрать, сколько их, и чем они бьют меня. С каждым ударом боль всё острее разносилась по телу. Пару минут назад я крушил всё вокруг, а теперь я свернулся калачиком, закрыв голову кровавыми руками, и получаю всё новые и новые удары, от которых жизнь кажется всё короче и короче…
Я загнан в угол. Бешенный зверь сражён.
POV Джулиетт.
Убить Тома я не смогла бы никогда, даже если он захочет убить меня. Сейчас я вижу в нём лишь отчаявшегося человека, который надеется найти спасение…хоть где-то. Здесь он обрёл веру в то, что будет спасён. Хочется упрекать его в отсутствии здравого смысла, но, видимо, степень его отчаянья была настолько велика, что он поверил и в россказни Раджаны…
В комнате начался настоящий переполох. Рик кинулся на этаж к экстрасенсам.
Я мысленно молилась, чтобы все остальные тихо сидели в своих комнатах и не высовывались.
Каждый из нас боялся убивать, потому что мы ещё сомневались в правоте своего страха. В глубине души я надеялась, что сейчас всё утрясется, и мы ещё будем смеяться, вспоминая это недопонимание.
- Ты должен был молчать…зачем ты рассказал всё это мне? – я покачала головой, смотря на Тома и не отстраняя от его шеи меч ни на миллиметр.
- Я доверял тебе, - с укором кинул лейтенант, будто бы выплюнув эту фразу мне в лицо.
Моя вина, что я стояла спиной к происходящему действу, держа Тома на мушке. Что-то тяжёлое огрело меня по голове до звенящего шума в ушах. Я не отключалась, но уже не могла понять, где я и в каком положении моё тело. Казалось, что ноги вдруг стали находиться выше головы, а руки были где-то внизу…все звуки перекрыл противный гул, раздирающий черепушку изнутри.
Кажется, я уже валялась на полу, так как плечом ощущала его неприятный холод. Руки сами потянулись к звенящей голове, пальцы покрыло что-то тёплое и липкое. Кто-то нехило проломил мне бошку…
Сквозь не отпускающий меня звон я слышала гулкие выстрелы и звук падающих на пол тел. Чьи они были – наши или вражеские – мне было непонятно. Дезориентация и стискивающая мозги боль лишали меня всякого желания сопротивляться.
Кто-то резко схватил меня за локоть и потянул наверх. Меня клонило к полу, будто бы такое горизонтальное положение было для меня естественным. Пальцы, крепко сжимавшие мою тоненькую руку, были мне незнакомы; грубые и чужие. Мои ноги передвигались сами по себе, волочась по полу, словно я была ходячим.
Мне еле удалось повернуть свою голову в сторону неизвестного человека, который вёл меня. Непроницаемое лицо, какое-то зомбированное, но сквозь которое просматривается толика страха, который этим человеком тщательно скрывался.
Я видела ещё ребят из нашей группы…их волокли так же как меня: безжалостно, словно вещь, многие были покрыты кровавыми разводами, словно их избивали бешенные больные недоноски. Чует моя жопа, я выгляжу точно так же.
- Марти! – услышала я собственный голос.
Он был похож на какой-то отчаянный рёв. Краем глаза я увидела моего малыша, которого куда-то ведут эти незнакомые мне люди с оружием. Я попыталась вырваться, но с каждым рывком из рук надзирателя, мои ноги подкашивались всё сильнее.
- Марти! – кричала я, пытаясь не упускать мальчика из виду.
Кто-то неожиданно и резко набросился на человека, держащего меня. Я почувствовала, как моя рука освобождается от цепких оков в виде пальцев военного. Сейчас ноги стали держать меня несколько увереннее.
Это Дэрил! Дэрил набросился на него!
Я снова оглянулась на Марти…но его уже не было. Мы находились в широком коридоре, людей запихивали в какие-то комнаты с железными глухими дверями, закрывали на замки, как будто это были тюремные камеры…маленькие, тёмные и сырые.
На Дэрила накинулось несколько человек, принявшись бить его изо всех сил. Нас обоих сгребли в охапку и мощной силой протолкнули внутрь одной из десятков таких же комнат, в которой оказались наши ребята…
Дверь со скрипом захлопнулась.
Всё погрузилось во тьму.
Комната была именно такой, какой рисовало её моё воображение – сырой бетонный пол и кромешная тьма. Я лежала на этом полу, ощущая его леденящий холод каждой клеточкой своего тела. Подняться сил не было.
- Марти…там Марти, - мои губы шевелились сами собой, во всхлипывающем хрипящем голосе было что-то истинно моё, молящее о помощи и даже обращающееся к смерти.
- Джули… - голос Дэрила.
- Я здесь, - я старалась говорить громче, но ничего кроме слабого шёпота не вырывалось из моего рта.
Послышалось шуршание. Через секунду я ощутила прикосновение тёплых рук на своих плечах.
- Тебе сильно досталось? – спросила я.