— Попытаться — недостаточно. Может быть, ты просто холодная сука, как и другие англичанки, которых я знавал прежде.
— Нет… Я не…
— Докажи это! — потребовал он, наваливаясь на нее.
Она обнимала его бока ногами, двигаясь с фальшивой страстью, пытаясь изобразить оргазм, в то время как ее душа боролась против уничтожения.
Когда Селена проснулась, утро еще не наступило. Только слабые розовые лучи пробуждающегося рассвета сочились через окно, освещая парапет. Фурье уже встал и натягивал свою безвкусную красно-золотую форму. Девушка уселась на кровати. Вспомнив унижение, пережитое несколькими часами раньше, она испытала мучительное отвращение ко всему.
— Одевайся! — приказал генерал. — И поторопись.
Окостенелыми, почти негнущимися пальцами Селена застегнула пуговицы, расчесала волосы, умылась.
— Быстрее, пойдем со мной, — торопливо велел Фурье.
Он вывел девушку на крепостной вал. Прохладный, свежий воздух щекотал щеки. Поднимающееся солнце касалось своими лучами макушек скалистых гор.
— Смотри вниз. Я хочу, чтобы ты видела это.
Селена вгляделась во двор. На его середину вывели Рошфора и его людей. После нескольких отрывистых команд четким строем вышла группа солдат, вооруженных винтовками.
Арестованных выстроили вдоль стены. В разгорающемся свете утра Селена попыталась разглядеть их лица. Здесь был прямой и собранный лейтенант Рошфор; Феликс, предложивший устроить вечеринку в кафе; Гектор, давший ей флягу, и Юлис, спотыкавшийся, словно лунатик. Но где же Крейг? Селена заглянула за край парапета и услышала слова Фурье:
— Его там нет.
Слабая надежда колыхнулась в ее груди. Она застыла. Потом отвернулась, зная, что бесполезно просить за осужденных.
— Мне они больше не нужны, — холодно прокомментировал происходящее Фурье.
Выстрелы пронзили утренний воздух, наполнив все вокруг эхом, вспугнув в небо стаи дремавших птиц.
Словно сломанные игрушки, упали на каменный двор тела людей. Селена не могла смотреть на это. Повернувшись, она побежала в покои генерала. С невыносимой мукой в сердце она рухнула на диван. Но Крейг все-таки спасен! И значит, не зря она испытывала все эти унижения.
Как-нибудь она найдет способ оказаться рядом с ним. И не имеет значения, какие еще оскорбления снесет она ради этого. Гарнизон, возможно, отобьют у мятежников, и они оба станут свободными. Ох, если бы только лейтенант со своими людьми дожил до этого дня, думала Селена.
В дверь постучали, и вошел Жиро. Девушка с нескрываемым отвращением взглянула на него. Какими пытками заставлял он говорить Крейга? Селена содрогнулась, вообразив эти ужасные способы. Она хотела оказаться как можно быстрее рядом со своим женихом, заботиться о нем, но не решалась попросить у генерала Фурье разрешения на это. Жиро отдал честь.
— Я готов выехать в Тимгад в течение часа, — доложил он. — Повозки нагружены, и люди готовы.
— Да, лагерю в Тимгаде необходимо подкрепление. Теперь, когда мы знаем, где находятся основные силы, а главное, куда они собираются напасть, мы должны быть готовы к их приходу. Молодец, Жиро.
Капитан молча пожал плечами.
— Когда Юлис Фроссард начал говорить, он рассказал все, что мы хотели знать. Увидев то, что осталось от Лейтимера, он уже не мог остановиться.
— Крейг! — вскрикнула несчастная девушка пронзительным от страха голосом. — Что с Крейгом?
Переглянувшись, мужчины взглянули на нее. Фурье сказал:
— Крейг Лейтимер мертв. — Едва уловимый проблеск восхищения мелькнул в его глазах. — Он умер, не проронив ни слова. Зато Юлис многое рассказал нам…
— Крейг не умер… Он не может умереть…
— Увы, к сожалению, это так, — хладнокровно констатировал Фурье. — Очень прискорбно.
— Я вам не верю, — дрожащим голосом запротестовала девушка.
— Жиро с удовольствием расскажет вам о последних часах вашего возлюбленного. И поведает все детали, если пожелаете, по дороге к нашему лагерю в Тимгад.
— Вы хотите, чтобы мы взяли ее с собой? — удивленно уточнил капитан Жиро.
— Да, хочу…
В ее теле сконцентрировалась невыносимая боль, голова закружилась, окружающее куда-то поплыло. Хотя генерал Фурье стоял рядом, казалось, что его слова звучат где-то далеко-далеко.
— Прошлой ночью вы устроили достойное представление, мадам. Но вы могли поберечь силы… Лейтимер умер до того, как вы начали свою маленькую шараду.