Трудно было вообразить инвалидом этого сурового, властного человека. Но переломанный позвоночник, многочисленные внутренние раны ставили под сомнение, что здоровье хозяина верфей восстановится. Однажды, возможно очень скоро, они станут полной собственностью Дональда. Все огромное состояние Родманов перейдет в его руки.
Со временем он сможет вернуться в Ливерпуль и заняться делами. Пока же Совет директоров справится самостоятельно, так как главной обязанностью для Дональда по-прежнему была Конфедерация, клятва верности и Брайн Маккорд.
Эти последние дни, проведенные с Иветтой в Бордо, оказались нелегкими. Но тяжелее всего были ночи. Иветта оставалась такой же неотразимой, как всегда, и, пока Дональд заглушал в душе сомнения по поводу своей миссии, вела себя очаровательно и соблазнительно. Только прошлой ночью он попытался избежать любовных утех, сославшись на боль в ноге. Но Иветта, свернувшись котенком, начала ласкать глубокий шрам на ноге: сначала кончиками пальцев, затем губами.
— Тебе не надо напрягаться, мой любимый, — шептала она. — Я все сделаю… Это… и это…
Его тело отвечало жаждущим губам, но сознание оставалось беспристрастным. То же самое могла бы сделать любая портовая проститутка, купленная на ночь.
— Корабль действительно уже отшвартовался? — спросила Иветта, как только они выбрались из скопища судов в открытое море. — Как мы можем надеяться догнать его? — Я опытный моряк, любимая, — напомнил Дональд.
— Да, но на этой крохотной скорлупке…
— Это лучшее, что я смог отыскать за такой короткий срок. Если бы мы не тратили зря время в отеле…
— Ты сожалеешь об этом? — спросила она кокетливо, закрываясь от солнца и ветра кружевным зонтиком.
— Какой мужчина будет сожалеть о таких удовольствиях?
Странно, подумал Дональд. Теперь, когда у него не было никаких возвышенных чувств к этой женщине, комплименты приходили легко и просто.
— У нас впереди целая жизнь для удовольствий.
Она клюнула на приманку, как и уверял Брайн. Накануне вечером без колебаний согласилась сопровождать Дональда в Ливерпуль. Причины были ему понятны. Богатое замужество — лишь малая часть. Как жена, она смогла бы стать законным членом ливерпульского общества, могла бы без всяких проблем появляться везде, в том числе и на верфях, и собирать необходимую информацию.
— И ты не жалеешь, что не сможешь отплыть с капитаном Маккордом? — спросила она ласково, наклонив голову к плечу. Каскад черных с синевой волос струился вдоль ее лица.
— Капитан Маккорд не может отложить отплытие, — соврал Дональд. — Нужно время, чтобы моя нога зажила. Кроме того, я смогу быть пригоден Конфедерации и на верфях. У меня есть разработки двухступенчатого расширенного двигателя с обратной тягой. — Дональд умолк. — Впрочем, здесь не место и не время обсуждать подобные вопросы.
— Ну почему же? Меня очень интересует твоя работа. Как жена, я буду участвовать во всем, что касается тебя.
— Ты льстишь мне, моя любимая.
В этот момент Дональд почувствовал желание задушить ее. Но он должен выполнить задание и доставить Иветту на борт «Долфина».
И только когда лодка подплыла ближе к «Долфину», брови Иветты удивленно изогнулись.
— Такое ощущение, что корабль неподвижен.
— Они, без сомнений, остановились, чтобы спустить шлюпку.
Но когда огромный серый борт начал вырисовываться в дымке, женщина вскрикнула:
— Это не ливерпульский почтовый… Он не похож ни на один пассажирский корабль. — Взвизгнув, она отбросила зонт и, прикрывая глаза рукой, смогла разглядеть на палубе офицеров в серо-зеленой форме Конфедерации, матросов в тяжелых куртках и зеленых брюках.
— Дональд! Ты… ты обманул меня?
Дональд, глядя с воинственной холодностью, не отвечал. С трудом встав — мешало пальто и пышная юбка — Иветта в сиянии заходящего солнца разглядела Брайна Маккорда.
Брайн! Он знает о ее двойной игре! И Дональд тоже знает… Но Брайн! Его она боялась больше всех. Даже теперь она могла бы воззвать к милосердию Дональда, но беспощадная натура Маккорда… Охваченная паникой, Иветта закричала:
— Поверни лодку назад. Прошу тебя, Дональд! Доставь меня на берег. Там я тебе все объясню… Ты поймешь.