— В самом деле, Селена, — нетерпеливо сказал Рауль. — Ты довольно смешно себя ведешь, выставляя напоказ свои чувства из-за того, что ребенок уезжает на лето.
— Не только на лето, ведь осенью он поедет в пансион, и тогда я смогу видеть его только на каникулах. Рауль, почему, в конце концов, ты не мог позволить провести лето вместе с ним в Лоррейне? Я уверена, твои родители были бы рады мне.
— Вне всякого сомнения, но твое место рядом со мной. — Его глаза сузились от подавляемого раздражения. — Мы уже все решили.
— Ты решил, — возразила Селена.
Он открыл входную дверь, и она вошла следом за ним.
— Завтра бега гран-при в Лонгшамп, потом визиты в Сен-Клу, Фонтенбло и Биарриц. Многие женщины пошли бы на все ради такого лета, — сказал Рауль.
— Тогда почему бы тебе не взять одну из них на мое место? — сказала Селена, безразличная к тому, что их может услышать Бланш, горничная, спустившаяся в это время в холл. — Например, помощницу модистки. Мне говорили, что она вполне порядочна и ведет себя как леди.
— Селена, достаточно.
— Прости, — устало сказала она. — Я только хотела провести эти несколько месяцев вместе с Кейтом. Рауль, почему мы должны посылать его в школу осенью? Он ведь еще совсем малыш!
— Кейту шесть лет, и хватит ему цепляться за твои юбки, его достаточно изнежили и избаловали. Ему необходимы компания других мальчиков и дисциплина, которой его научат в школе.
— Дисциплина? Как резко звучит это слово.
— Ну разумеется. Солдату нужна дисциплина, и он еще не скоро научится подчиняться порядку.
— И я должна молчать? Я его мать, Рауль, я люблю его…
— В этом никто не сомневается, — холодно ответил Рауль. — Ты его слишком любишь и опекаешь. Он ведь не инвалид, а высокий и крепкий, способный постоять за себя среди других мальчиков.
Селена отдала легкую летнюю шаль и зонтик Бланш, которая уже не в первый раз бесстрастно выслушивала перепалку между хозяином и хозяйкой.
— Я не хочу, чтобы ты испортила мальчика, — твердо сказал Рауль.
— Но он все, что у меня есть и когда-либо будет… — волнуясь, Селена не выбирала слов, что настраивало Рауля все более враждебно.
— Вопрос решен, — сказал он. — А сейчас мне надо приготовиться к ужину.
— Не хочу тебя задерживать, — сказала Селена. — Не сомневаюсь, твой маленький друг жаждет видеть тебя…
Служанка, очевидно, не была уверена, стоит ли ей вступать в беседу, но теперь она выступила вперед со словами:
— К вам посетитель, месье Родман, он в гостиной.
Селена повернулась и побежала в холл, чтобы оказаться лицом к лицу с Дональдом. По его встревоженному взгляду она догадалась, что он услышал многое, если не все из ее ссоры с Раулем. Но через мгновение Дональд шагнул к ней, обнял, слегка коснувшись губами ее щеки, потом взял ее лицо в свои ладони и посмотрел на нее сверху вниз, его глаза были полны невысказанных вопросов, пока она не почувствовала, как краснеет под его испытующим взглядом. Что он услышал и до чего мог догадаться? — беспокойно спрашивала себя Селена.
Хотя Дональд выглядел теперь солиднее и носил маленькую бородку, придававшую ему некоторую величественность, он сохранил свою мальчишескую улыбку, которая запомнилась Селене. Хорошо, что он здесь, Селена не хотела провести в одиночестве вечер в этом богато украшенном доме, который никогда не станет ей родным.
Наконец Дональд отпустил ее, чтобы пожать руку Раулю.
— Нежданная радость, — сказал Рауль. — Почему ты не написал нам, что собираешься в Париж?
— Это получилось неожиданно. У меня были дела в Бордо и в некоторых других местах, и я вдруг решил сесть на поезд и приехать сюда, ведь я не видел вас обоих чуть ли не со времен выставки.
— А твоя очаровательная жена с тобой? — спросил Рауль. Его манеры были, как всегда, изысканны, он прекрасно владел собой, хотя что-то в приезде Дональда, несомненно, пугало его.
— Нет, Дейзи дома, в Ливерпуле, — сказал Дональд. — Я надеялся, что ты и Селена свободны сегодня вечером и могли бы поужинать со мной.
— Это было бы замечательно, но, к сожалению, у меня уже назначена встреча.
Дональд выглядел немного растерянно.
— Похоже, я приехал в неподходящий момент… — начал он.