— О да. Он очарователен.
Кавалер улыбнулся девушке.
— Конечно, всегда будут те, кто жалуется на прогресс, как этот идиот журналист, написавший, что предпочел бы Булонский лес в его девственном состоянии: диким. И он имеет наглость жаловаться по поводу ландшафта, утверждая, что недостает только механической утки.
Селена рассмеялась.
— Возможно, император запустит одну.
— Нет нужды в механических птицах и животных… Разве Брайн не водил вас в зоологический сад и аквариум?
— Нет… Он был очень занят все эти дни.
— Тогда все ясно. Вы позволите показать вам Булонский лес весной?…
Селена не знала, что ответить, и почувствовала облегчение, когда танец наконец закончился. Может быть, сейчас она сможет потанцевать с Брайном…
Но он все не возвращался. Девушка оказалась в окружении кавалеров, наперебой приглашающих на танец. Средних лет джентльмен с усами, в элегантной одежде и гофрированной рубашке; офицеры элитных частей «Сант-Гранц» и разведки в сверкающих мундирах; капитаны гусаров… Вид их униформы напомнил Селене, что Вторая империя была военной диктатурой. Что власть Луи Наполеона — власть вооруженной силы. Что под маской веселья и фривольности, за мишурой богатства и элегантности скрываются секретная полиция, цензура, заключение без суда и следствия оппозиционеров правящего режима.
Брайн рассказывал о битвах Франции с Южной Африкой, где военная сила захватывала жителей пустынь и берберов Атласских гор. Говорил также и о желании императора развязать войну с Мексикой.
Мысль о войне была противна Селене. Она могла думать только о Брайне, который по-прежнему обсуждает с герцогом планы Конфедерации. Девушке было тяжело вспоминать о гибели Майкла Дюрана и его сына Чарльза. Брайн может тоже…
Но она находила в себе силы улыбаться, флиртовать, поддерживать разговор с партнерами, пока они двигались в мелодии вальса, польки, шотландки. А сама думала, как неумолимо драгоценное время ускользает прочь.
За несколько минут до полуночи один из лакеев сообщил, что ужин накрыт, и двери в столовую не спеша отворились. Наконец-то она побудет с Брайном!
В проеме входа показался Брайн. На мгновение влюбленное сердце возликовало, но улыбка тут же застыла на губах девушки.
Даже через огромную протяженность залы Селена узнала девушку рядом с ним. Сияющие черные локоны, громадные карие глаза, полные красные губы. Иветта де Реми. Брайн радостно улыбался ей.
Знал ли он, что Иветта придет на бал? Селена сжала руки так сильно, что даже через белые шелковые перчатки ладоням было больно от впившихся ногтей.
В темно-красном платье, отделанном рюшем, серебряным кружевом и длинным шлейфом из того же материала, Иветта де Реми завораживала своим очарованием. Селена задрожала от ярости и подкативших слез. Это последняя ночь Брайна на берегу. Может быть, она его никогда больше не увидит. И оставить в этот вечер его с другой женщиной, тем более с очаровательной де Реми, она не могла. Не могла и не желала. Но сейчас, когда пары начали соединяться для ужина, Брайн взял Иветту под руку и направился с ней в сторону столовой.
Рауль подставил локоть Селене.
— Вы разрешите?
Она не доставит Иветте удовольствия своей покинутостью. Селена понадеялась, что Брайн приревнует ее к Раулю.
— Конечно, капитан де Бурже, — согласилась девушка в отчаянии.
Капитан последовал с юной красавицей в столовую.
— Должны ли мы быть столь официальны? — игриво осведомился он у девушки. Рауль был весьма привлекателен — черные волосы, длинные бакенбарды, тонкий, породистый нос. — Пожалуйста, зовите меня просто Раулем. Вы же, как-никак, все эти ночи спали в моей кровати.
В любое другое время Селена оскорбилась бы его непристойному замечанию. Но сейчас она знала, что не имеет права этого делать. Девушки, посещавшие дома подобного типа, должно быть, привыкли и не к таким остротам.
Хотя дамы были прекрасны: великолепно одеты, носили дорогие украшения, их манеры оставляли желать лучшего. Такие дамы никогда бы не были приняты в Поинзиане. Да и на вечер у Родманов их вряд ли бы пригласили.
После восторженных восклицаний в адрес стола, украшенного гирляндой тепличных цветов и заставленного изумляющими фантазию подносами деликатесов, дамы начали тесниться вперед, путаясь в необъятных кринолинах. Джентльмены торопились помочь спутницам отыскать во множестве блюд желаемое яство — черепашье мясо, куропатку, тушеную утку, устрицы, салаты, мороженое. Стоило кому-то из гостей разбить хрустальный фужер с шампанским, лакей немедленно приносил новый.