— Кажется, я люблю вас, Аннабелл, — удивившись собственному признанию, сказал он.
Аннабелл удивилась не меньше. Она могла ответить ему теми же словами. Еще никто не был так добр к ней и ее дочери. Она не относилась так ни к кому, даже к Джосайе, который был ей скорее другом, чем возлюбленным. Антуан свел ее с ума; она была так же влюблена, как и он. Но все произошло так быстро… Сен-Гри снова поцеловал Аннабелл и почувствовал, что она дрожит.
— Не бойся, милая, — сказал он, а потом добавил: — Теперь я понимаю, почему до сих пор не женился. — Антуан смотрел на нее и улыбался. Он чувствовал себя самым счастливым мужчиной, а она себя — самой счастливой женщиной на свете. — Я ждал тебя, — прошептал Сен-Гри, не выпуская ее из объятий.
— А я — тебя, — млея в кольце его рук, пролепетала Аннабелл. Ей было тепло и уютно. Она знала об Антуане только одно: он никогда ее не обидит. В этом можно было не сомневаться.
Глава 23
Следующие недели и месяцы, проведенные с Антуаном, казались Аннабелл прекрасным сном. Он приезжал к ней каждый уик-энд, разрешал Аннабелл наблюдать за его операциями. Она консультировалась с ним в сложных случаях и доверяла его знаниям и интуиции диагноста больше, чем себе собой. Антуан приглашал ее в лучшие парижские рестораны, они далее ходили в танцевальные залы. Часто они подолгу гуляли в парке. А когда выпал первый снег, Антуан повез ее в Версаль. Там они гуляли, держась за руки, и целовались. Каждый миг, проведенный вместе, был для Аннабелл подарком судьбы. Ни один мужчина в ее жизни не был таким добрым и любящим. Конечно, Джосайя тоже был ласков с ней, но это были совсем другие отношения. Ее связь с Антуаном была намного более зрелой и романтичной; кроме того, их объединяла профессия. Он постоянно оказывал ей знаки внимания, всегда приходил с цветами, а Консуэло подарил самую красивую куклу, которую ей приходилось видеть. Каждое воскресенье они проводили с его родными и чувствовали себя там как дома.
На День благодарения Аннабелл приготовила праздничный обед с индейкой и объяснила Антуану смысл этого праздника, который показался ему очень трогательным. Сочельник они встретили с его семьей, все сделали друг другу подарки. Матери Антуана Аннабелл подарила кашемировую шаль, братьям — красивые ручки с золотыми перьями, отцу — первое издание старинного трактата по хирургии, свояченицам — симпатичные свитера, а племянникам — игрушки. Она и Консуэло тоже получили прекрасные подарки.
На Рождество Аннабелл пригласила все семейство Сен-Гри к себе в благодарность за множество воскресений, которые они с Консуэло провели в их доме. Антуан еще не сделал ей официального предложения, но было ясно, что к этому все идет. Сен-Гри уже планировал, как они вместе проведут лето.
Элен часто поддразнивала Аннабелл.
— Я уже слышу церковные колокола! — с лукавой улыбкой говорила она. Сен-Гри нравился ей, потому что был добр к ее хозяйке. Аннабелл была наверху блаженства.
В канун Нового года Антуан повел ее на танцы в отель «Крийон». В полночь он нежно поцеловал ее и посмотрел в глаза. Потом без предупреждения опустился на колено, испытующе посмотрел на удивленную Аннабелл в вечернем платье из белого атласа, расшитого серебристым бисером, и с чувством спросил:
— Аннабелл, ты выйдешь за меня замуж? — Еще никто не просил так ее руки. Аннабелл со слезами на глазах кивнула, а потом сказала «да». Антуан поднялся, взял ее на руки, и окружавшие их люди захлопали в ладоши. Эта красивая, элегантная, изящная пара всюду обращала на себя внимание. Они никогда не спорили, были доброжелательны и приветливы, а Антуан был неизменно галантен.
На следующий день они сообщили о своем обручении родным Антуана. Его мать заплакала, поцеловала их обоих и распорядилась принести шампанское. Консуэло узнала новость вечером. После свадьбы Антуан собирался переехать к ним, и жених с невестой уже поговаривали о будущих детях. Сен-Гри очень хотел этого, и Аннабелл тоже. На этот раз все будет хорошо, она больше не будет одинока.
Она создана для семейной жизни, но до сих пор была ее лишена. Они еще не были близки, но Антуан, хотя и был страстным, не торопил Аннабелл. Но в его чувстве она не сомневалась.