Копыта коней вязли в дорожной грязи, пытавшейся, словно трясина, засосать несчастного прохожего, оказавшегося на дороге в этот бушующий день... Да, пожалуй, надо будет озаботиться дорогами - как и любое эллинистическое государство, Пергам мало заботился о коммуникациях внутри страны, хорошими дорогами были связаны только крупные полисы с портами. Заброшенные остатки Великой Персидской дороги, не обсуживавшиеся годами и даже десятилетиями, выглядели весьма и весьма недурно на фоне остальных пергамских дорог...
Второй идеей Эвмена стало создание хорошо укреплённых крепостей на важнейших дорогах - когда они будут построены, а также в ряде пограничных территорий. Рабов он надеялся использовать как военных поселенцев - застроив всё пограничье небольшими поселениями можно было обезопасить внутренние территории от мелких и средних набегов. Поселенцам будут выделяться жалование, денежное содержание на вооружение и небольшие налоговые льготы. Весьма и весьма хорошие условия для бывших рабов, вполне может быть, что на пограничье переселится и немало свободных граждан, что ж, тем лучше - в условиях постоянной опасности социальные границы быстро стираются. Что, как надеялся Эвмен, ускорит ассимиляцию рабов в пергамском обществе и не вызовет излишнего недовольства, как, например, если бы стратег попробовал поселить их вместе с гражданами в крупных полисах на тех же правах....
Да, посторонний наблюдатель мог заметить, что всё это уже было - военные поселения, крепости, хорошие дороги... Но было одно очень важное "но" - никто не вводит подобные меры на постоянной основе и в масштабах всего государства. И на это была ставка Эвмена - массовость реформ и их социальная часть. Хотя с социальной частью он пока что решить до конца не мог - слишком много тонкостей... Как только стратег решал один вопрос, из него появлялось ещё несколько и конца или края этому видно не было.
Как, как сплотить народ с профессиональной армией? Что нужно сделать, чтобы солдат воевал за свою страну и свой народ, а не за деньги? Что сделать, чтобы люди держались за Пергамское царство - все, до единого, насмерть? Пока ответов Эвмен не знал...
Наконец, отряд подъехал к лагерю... Эвмен, остановив коня, осматривал укрепления и представление перед ними. Вышли как раз к той стороне, которую укрепили по чертежам Эвмена. Получилось... Внушительно. Как раз сейчас войска продвигались вперед, таща тараны к стенам. Из-за начавшегося ливня вся земля, и так вспаханная постоянными передвижениями войск, превратилась в болото - волы вязли в грязи по самое брюхо и, бешено ревя, пытались вырваться из западни. Тараны приходилось тащить солдатам на своём горбу. Поскольку колеса таранов так же уходили в грязь, их тащили как сани на днище, что, естественно, требовало огромных усилий от солдат.
Вот, чуть погодя, от стоящей на пригорке группы всадников сорвался гонец - прямиком к отряду Эвмена.
- Стратег, гиппарх Эстарх приветствует...
- Да-да, сейчас я сам от него это услышу, - отмахнулся Эвмен, направляя коня к пригорку.
Впрочем, пару раз верный скакун чуть не соскользнул со склона, хотя уклон и не был таким уж сильным...
- Стратег, - склонил голову Эстарх.
- Ну что ж, дело идёт и это хорошо...
- Не знаю стратег, такими темпами у нас скоро появятся дезертиры - солдаты сильно ропщут.
- Боги, Эстарх, а когда солдаты были всем довольны и счастливы?
- И всё же, стратег...
- А где аргираспиды и фракийцы?
- Фракийцы у стены, - показал рукой Эстарх, - аргираспиды внутри - исполняют роль защитников.
- Ты ведь меняешь их местами в перерывах?
- Аргираспидов, стратег? Это же элитная часть!
- И что, если они охраняют дворец, то должны сражаться хуже полевых войск? Эстарх, что за диверсия? Кому продался?
- Стратег, да я.. - начал возмущённо гиппарх.
- Ладно-ладно, верю, - прервал Эвмен, - что с пополнением?
- Пока что пришли только из Пергама - полторы сотни человек, я раскидал их по подразделениям, понесшим наибольший урон. Хотя такими темпами придётся вводить принудительный набор...
- В смысле?
- Стратег, солдаты очень недовольны подобными учениями, да ещё и регулярными.
- Ну, для начала попробуем пряником их, если не сработает, то...
- Что, стратег?
- Придётся вводить жёсткие дисциплинарные наказания. Вплоть до смертной казни.
- Стратег, мы же не какие-то варвары, чтобы убивать своих солдат...
- От тех, кто заслужит смертной казни, будет больше проблем в строю, чем в Тартаре. Мне не нужны паникёры, воры и трусы в армии. Или ты думаешь, я головы резать буду всем, кто не так на меня взглянул?
- Нет, стратег... Ах да, пришло несколько лох рабов, где их размещать?
- Я же сказал, Эстарх...
- Вместе с остальными солдатами? Я боюсь, что могут возникнуть конфликты...
- Вот на тех, кто начнёт устраивать конфликты, я и опробую смертную казнь.
- И всё же, стратег, я думаю, что рабы...
- Хватит, Эстарх, не надо слишком много думать! - разозлился Эвмен, - это не рабы, теперь это солдаты пергамской армии, и если я услышу ещё раз от тебя об их рабстве...
- Я понял, стратег, - склонил голову обиженный Эстарх.
Вздохнув - сорвался, Эвмен пустил коня к укреплениям, нужно было осмотреть, как всё понял и что в итоге наворотил архитектор...
* * *
- Живее, живее, скоты, вы думаете, у нас так много времени? - Ишпакай, следил за своими людьми, постоянно подгоняя их и посматривая на солнце сквозь кроны деревьев.
К полудню морской ветер разогнал тучи, подставив влажную, размякшую за недели дождей и ураганов землю под лучи солнца. Весело перекликались птицы, шелестели, сбрасывая последние дождевые капли, кроны деревьев. Приятный, слабый ветер гулял по округе, не давая солнцу палить всё живое, пахло... Лесом, в общем-то.
В окрестностях Пергама, в отличие от Никомедии, никаких лесов уже давно не осталось, так, небольшие пролески и рощи, перемежавшиеся плантациями, полями и пустырями. Развитый полис поглощал очень много древесины, истребляя её запасы на всём побережье. Дошло до того, что начался импорт угля и дерева даже из Эллады... Эллады! И решения для подобной проблемы пока никто не предоставил - высадки новых лесов не приводили к желаемым результатам, да и расчищенные земли использовали под новые и новые плантации - олигархия жаждала всё больших доходов. Бонусом такая варварская вырубка привела к засаливанию многих земель, падению урожайности, изменению климата - ещё столетие назад погода была более-менее равномерна, теперь же долгие периоды засухи менялись долгими периодами проливных дождей...
В общем, показывала себя активная, ничем, кроме руки олигархов не управляемая урбанизация... Вифиния в этом плане выгодно отличалась от Пергама - из-за меньших размеров полиса, презрения к промышленному производству, зачастую более тёплого климата - хотя, казалось бы, не так и далеки друг от друга были полисы, леса сохранились здесь в больших количествах. Собственно, здесь были леса, а не рощи, и этим можно было всё сказать. В основном древесину использовали как строевой или корабельный лес, благо, нужные породы росли везде в изобилии...
И, как понял Ишпакай, Эвмен Никомедию хотел не освобождать от тирана, а подчинить её воле Пергама. И, как всегда, стратег хотел сделать всё быстро и аккуратно - таксиарх уже заметил педантичность и усидчивость Эвмена, его желание продумывать всё заранее, по возможности сокращая необходимые для достижения задачи усилия. Качества, которых он не видел среди тех греческих лидеров, с какими он воевал на Понте Евксинском...
- Таксиарх, мы нашли нескольких местных, - обратился к Ишпакаю гекатонтарх, рядом с ним стояли несколько крестьян и тройка махайрофоров.
- А что, я давал какие-то другие указания? - резко спросил таксиарх.
- Нет, но я подумал...
- Не надо пытаться думать, если ты этого не умеешь, гекатонтарх. Убить, тела закопать и замаскировать. И если ещё раз подойдёшь ко мне с такой ерундой, станешь рядовым, ясно?