Викентий Юрьевич, как бы он уверенно себя ни чувствовал, но своими действиями предпочитал не наталкивать окружающих на излишние размышления. Да, в нарушение негласных правил, привлёк он к работе ведомства бессловесного. Но обставил всё так, что в целесообразности этого вскоре уже никто не сомневался.
Был в департаменте отдел по борьбе с особо опасными преступниками. Вот в этот отдел меня и определили, для усиления боевой мощи подразделения. Потери среди его сотрудников были болезненно ощутимыми, ведь те, кому нечего терять, при задержании опасней раненного зверя. Я не обманул ожиданий. И если поначалу на лишенного каких либо эмоций юношу косились с опаской, то уже после третьей успешной операции весело здоровались при встрече, норовили втянуть в круг своих проблем и интересов, и с каждым днём мне всё сложнее было удерживать дистанцию.
А однажды, я и вовсе прокололся. Группой из трёх человек мы приехали на задержание. Интуиция у меня просто вопила об опасности. Я успел остановить командира за миг до неминуемой смерти. Обошлось ранением в руку. Всё лучше, чем в голову.
Вынужденно я перебрал руководство на себя. Илим опешил, но возражать не стал. Понял, что иначе нам всем конец.
- А ты, парень, не так прост, как пытаешься казаться,- только и сказал он, когда всё благополучно закончилось.
-Забудь, - не особо надеясь, всё же попросил я.
Илим испытующее посмотрел на меня, задумался, принимая решение. Наконец, кивнул.
-Ладно,- сказал, подводя итог своим размышлениям.- Ни я, ни Артём тебя не выдадим. Мы тебе жизнью обязаны. И твою портить не станем.
Вот так у меня появился друг. Как потом оказалось, из тех, кто плевать хотел на систему, служит не лицам, за мзду и должности, а делу, которое считает необходимым для безопасного функционирования общества. Я знал, что в случае нужды, смогу опереться на него, и это знание дорогого стоило.
Не сразу, но я понял, что в ведомстве моего биологического деда, который о нашем родстве знал, хотя увидеть во мне своего внука готов не был, я человек не случайный.
Для осознания, что нахожусь на своём месте, мне потребовалась ещё одна опасная ситуация, в которой я снова оказался в одной связке с Илимом и Артёмом. Именно тогда, я впервые почувствовал, что дело, которым меня вынудили заниматься, больше не вызывает отторжения. Мои навыки, знания, чутьё наконец, спасли не только наши жизни, но и жильцов многоквартирного дома и малышей из детского сада, беззаботно гуляющих на игровой площадке, всего за десяток метров от места едва не случившейся трагедии.
Ничто не предвещало беды. Обычное рутинное задержание. Вот только, никто не мог предположить утечку информации. Преступника предупредили, и он нас ждал.
Мы поднялись на второй этаж четырёхэтажного дома. На площадку выходило две двери, апартаменты обитающих здесь граждан отличались просторностью и повышенной комфортабельностью. Такие могли себе позволить только достаточно обеспеченные люди.
На звонок в дверь нам не ответили, но мой чуткий слух уловил лёгкие торопливые шаги вглубь квартиры. Артём настойчиво постучал. Под его рукой дверь вдруг начала приоткрываться.
Всё они сделали грамотно, ребята из моей команды, и вошли осторожно, с оглядкой. Вот только понадеялись на себя, не пустили бессловесного вперёд, не захотели прикрываться пацаном, за которого ошибочно меня принимали.
Мелькнула тень, на грани видимости. Быстрота движений преступника впечатлила даже меня. Я тогда не знал, что мы имеем дело с преступившим черту сотрудником нашего же ведомства. Никто не удосужился поставить меня о том в известность, оно и понятно - бессловесные скорее инструмент, чем люди. До этого случая меня использовали ситуативно, чётко заданным приказом.
Пулю, летящую в Артёма, я не увидел - почувствовал, успев оттолкнуть его в последнюю секунду. Его лишь слегка задело, по касательной. Пустяшное ранение. Всё остальное пустяком не было.
На двери комнаты, в которой закрылся преступник, красовалась бомба, разрушительной силы которой хватило бы смести с лица земли и весь этот дом, и прочие строения в его окрестности.
Из-за закрытой двери раздался уверенный, чуть насмешливый голос.
- Без глупостей, ребятки. Замерли, где стоите. Мне, как понимаете, терять нечего. Попытаетесь проникнуть в комнату, взрыв будет знатный.