- Не понял?
- Когда захочется злиться и ругаться, вспомнишь и подобреешь. Ты же не надеешься получить в моём лице идеальную супругу? Как шутит дед, я "замужем за наукой". Ревновать не будешь?
- Счастье моё, ты для меня всегда останешься идеальной и единственной. Таких, как ты, больше не существует. А то, что мне предстоит делить свою жену с наукой, меня не смущает. Перед этой требовательной особой я склоняю голову. Слишком многим ей обязан.
- Я тебя тоже очень люблю. И обещаю не ревновать к работе.
- Точно? А то, я тоже не всегда знаю меру.
- Сочтёмся... Ох, Егор, какая же я сегодня счастливая.
- Солнечная моя девочка, хочу чтобы ты всегда была счастлива.
- А я и буду. Мы с тобой будем. Счастье, оно ведь для тех, кто его не боится.
- И для тех, кто способен его разглядеть в повседневных мелочах, наполняющих собою жизнь.
Егор, сократив до максимума расстояние между ними, крепко обнял жену. Отдавшись чарующему ритму танца, он увлёк за собой Нюту и, пьянея от переполняющего его счастья, наслаждался музыкой и соединившей их любовью.
Два старика, полжизни враждующих между собой, сидели за одним столом, совместно опустошая бутылку коньяка. Распиваемый напиток был почти их ровесником.
- Посмотри, старый упрямец на наших внуков. Разве ради них не стоило потрясти основы империи? - Алексей Михайлович Рудин не скрывал своего торжества.- Мы с тобой сделали это! И дали империи новый закон о бессловесных. Уж поверь мне, он давно был нужен.
-Там не всё так просто и радужно,- Викентий Юрьевич Закралов был более сдержан.
Не смотря на выпитое, у него не получалось до конца расслабиться. Груз за плечами не позволял Закралову беззаботно радоваться. Время от времени он поглядывал на сына, который отбывал повинность, с трудом и болью принимая происходящее. Поймёт ли когда-нибудь Кость своего отца? Простит ли ему незавидную судьбу Влада?
-Я старался учесть все риски, свести их к минимуму, но, как уж сумел,- Закралов перевёл взгляд с сына на внука.
А ведь и внешне похож мальчишка на него. Говорят же, что чаще всего мы видим себя не в детях, а во внуках.
-Пусть не идеально, но и не так безнадёжно, как раньше,- продолжил свою мысль уже захмелевший академик.- Главное, с напитком безмолвия покончено навсегда. Не могу сказать, что со всем согласен, но ... Спасибо, Викентий Юрьевич. А, что не все сыновья избранок получат гражданские права, может оно и к лучшему. Иначе появятся такие наследнички, что уж лучше бы вообще без них.
- Что легко даётся, мало ценится,- согласился Закралов.- И отдать всё на откуп родов нельзя. Лучшие из сыновей избранок, после окончания училищ Бессловесных, или как там теперь их переименуют, получат гражданские права и станут служить империи, согласно полученных ими знаний и навыков. А уж приобщиться к первому кругу власти смогут вообще единицы, исключительно по воле императора. Но главы родов смогут просить его об этом, если пожелают ввести детей своих избранок в семью.
- Мне больше понравилась идея позволить императору даровать не признанному родом сыну избранки, за особые заслуги перед отечеством, право основать новый род, принадлежащий к первому кругу власти.
- Императору она тоже понравилась. Сказал, весьма перспективное и стимулирующее решение... Не знаю, во вред ли, во благо сотворённое нами? ... Я просто позволил себе быть законченным эгоистом.
- А не такое уж это и плохое качество. Доля здорового эгоизма благотворна. Позаботившись о себе, мы решили проблемы многих... Наливай, Викентий Юрьевич. Давай допьём эту волшебную бутылку из погребов императора.
- Тот ещё интриган. Это надо ж было додуматься поздравить нас с тобой одной бутылкой на двоих!
- А что такого? У нас ещё и правнуки общие будут. Император, как ему и положено, зрит в корень, нам с тобой нужно привыкать к одним подаркам на двоих.
Конец