- Тогда начала рушиться трудовая дисциплина, основа жизни всей страны! – Вовремя подхватил эстафету переведший дыхание председатель. - Один гуляет - то именины у него, то поминания безвременно, ещё в прошлом веке, усопших родственников. Другой по магазинам в городе шарит, как гангстер. На работу и тот и другой - или опаздывают или вовсе не приходят. Все подряд внезапно оказались благородными чистоплюями. Даже распоследние их величества алкаши. Стали выбирать работёнку почище, да поденежнее. Интересы общего хозяйства и для тех и для этих, но по разным причинам, отодвинулись на задний план. Заработки при таком безделье, естественно, стали опускаться. Притом довольно ощутимо. А уровень комфорта не хотелось снижать. И тогда взялись сельчане домашнее хозяйство раздувать кто как мог, но для продажи его продукции не колхозу, не государству, а на рынке, в городе.
Птицу на базары поволокли, поросят, шерсть, парники да теплицы с автономными водогрейными котлами понастроили по дворам, чтобы ранние овощи выращивать на продажу. Ещё больше денег привалило самым ненасытным сельчанам. А поскольку никто от избытка добра не лопался, то ещё большее затмение нашло на наше село. Буквально как в старинной песне вышло: «Горе-горькое по свету шлялося И на наше село набрело!..». В самом деле смута какая-то!
Потом пришла новая волна частнособственнического помешательства. Многие ударились в строительство, да не в простое, а чтоб с выгодой. Отцовские и дедовские хаты на слом пошли, вместо них начали воздвигать целые хоромины в полтора-два этажа с мансардами, да верандами с половину футбольного поля. О самане и думать позабыли - цветной кирпич, армянский туф им подавай, дубовый паркет, карельскую берёзу. Тут этим застройщикам и вовсе не до колхоза стало. В правление многие шли не работу спрашивать, а строительные материалы, бульдозеры, грузовики выпрашивать. Всё больше и больше колхозников захлёстывала мода на такое комфортное строительство, на всевозможное удовлетворение всё более множащихся своих потребностей.
- Все бросились исполнять свои желания, даже самые затаённые, даже самые такие, о которых когда-то и помечтать не могли, а то и стыдно признаться было. Каждый сам себе оказался исполнителем своих желаний! Ещё бы не отвязаться! Не глядя ни на кого! Вот что самым ужасным оказалось в той ситуации! Потому что ясно было, что кончится всё это очень и очень плохо! К тому всё шло, к тому! Потому что партия стала терять контроль! Каждый, пойдя на поводу обвалившейся внутри его лавины желаний, рано или поздно стал бы исполнять их за счёт другого. Или искать таких именно исполнителей. На чужом горбу в рай въезжать!
Обычно чего-то существенного и вправду достигают только за счёт кого-то, а не сами по себе. Поэтому лавинообразная исполняемость желаний одного неизбежно окажется всё более безысходной неисполненностью желаний другого. Такого тупика мы ещё не видывали даже в самые отчаянные периоды своей истории! Даже когда Гитлер стоял под Москвой!
Ух ты! Вот это обобщение! Главное, какое оригинальное! Даже фюрера приплёл сюда. Этот парторг-фронтовик, если вдуматься, и в самом деле выдаёт совершенно убойные вещи! Сразу видно – в тылу никогда не отсиживался. Но вот таким ли радикальным оказался здесь рецепт выхода из столь безнадёжной задницы, талантливо обрисованной руководством колхоза?! Впрочем, наверно так оно и получилось, нашли такой рецепт, иначе бы руководители не хвастались достигнутым, не зазывали корреспондентов. Да и второстепенные симптомы похоже также подтверждают факт счастливого выхода из состояния вопиющей бесхозяйственности. Тех же цыган, как потом мимоходом выяснилось, тут давненько не видали. Забыли как выглядят.
Это могло означать только одно - как-то всё-таки прорвались братцы. Поскольку ни тараканам, ни цыганам здесь не удаётся поживиться тем, что плохо лежит. Потому что теперь не лежит. Хотя бы здесь, на отдельно взятом пятачке, в небольшом колхозе, но всё-таки прорвались наши люди в тоннеле к светлому будущему! Ну-ну, продолжайте! Пугайте дальше. Нагоняйте жути! Тем упоительнее окажется спасение. А может ещё и мы за компанию добежим до конца тоннеля и посмотрим на колхозников светлого будущего?! Вот была бы наверно хохма! Перевоспитавшиеся колхозники во главе страны!
- Если бы нам тогда не удалось остановить эту волну, если бы мы не справились с тем страшным затмением, с той смутой, рухнул бы колхоз, без всякого сомнения. Так понеслась на нас частнособственническая инициатива, до того попёрла, сволочь, что просто спасу никакого не стало. Поистине - девятый вал из сплошной гадости. Очень тревожная обстановка складывалась, просто необычайно тревожная. Действительно, куда хуже, чем в сорок первом году. Честно скажу, уж я-то знаю, видел, могу сравнить. Без преувеличения скажу и так - шаталась сама Советская Власть, вот как, шутка ли. Как никогда зашаталась! Вот и решили мы обсудить создавшееся положение на общем собрании. Конечно, сначала созвали коммунистов и сообща нашли всё-таки решение задачи. Увидели, как спасти ситуацию, как вывернуться из-под того, что на нас невзначай набрело, да так навалилось, что мы чуть концы не отдали.