- «…Девушка красивая Под густою ивою»… - Невинно и несколько разочарованно продолжил я. Вот оно, умопомрачительное представление поэта о счастье - с одной стороны девушка красивая, с другой – продвинутый колхозный унитаз! Класс! Да никакой он в сущности не мэтр! В лучшем случае простой советский сантимэтр. Разве можно столь жёстко и однозначно относиться к главным прелестям жизни, ставя их практически вровень?! Девушка-то гораздо выше! По крайней мере, мне так кажется. Пока.
- Слилось-таки! «Вершат свои дела Село для города, А город - для села!» - Свирепо покосившись на меня, всё-таки продолжил воспалённый поэт бросаться прекрасными образами генеральной линии партии, намереваясь во что бы то ни стало, но всё-таки опасно вытрясти из своей старины заветное счастье, записавшись в здешний колхоз. - Всё сбылось, как в сказке. Даже в раю такого, наверно, не бывает!
Херувимы за спиной наверно похватались за животы от смеха.
Тут партком и правление светлого будущего глубоко задумались над этой необычайно свежей мыслью. Пришлось срочно не дать поэтической коррозии разъесть их неискушённый в таком деле разум.
- Как же тогда с презренной зарплатой? Что конкретно имеет рядовой колхозник? – Въедливо развивал и развивал я боковые линии, да так, что наконец даже немного охладил миграционный пыл самого Бусиловского. - В жизни за всё же нужно платить. Как ни странно. Чем больше желание, тем выше и цена за него. Девушки красивые не больно-то на маленькую зарплату согласятся! Даже в хоромах. Поверьте, уж их-то я знаю. Вспомните старушку с разбитым корытом?! Остановилась она на дворцах и усадьбах?! Исполнение девичьих желаний только начни! Потом не остановишь! Не будешь знать, куда спрятаться!
- Да? - Мгновенно скис заместитель редактора. - В принципе всё так, это правда. - И вопросительно посмотрел на весёлых ленинцев - мол, ну-с, братцы, выручайте от этого казуса. Без девушки нам никак-с! Цейтнот-с! Наконец-то и поэт понял, что в таком скоромном деле трясти стариной крайне опасно. Ничего всё равно не получишь, а отвалиться и вправду может запросто. Хорошо ежели под ивушку густую, а если прямо куда не надо?! Мимо девушки под ивушкой?! А та ещё и смоет "недрожащей рукой"?! …О. как вы прекрасны в этом вечернем туалете!
Тем временем я продолжал и продолжал развивать контрнаступление. Решил отбить великим отбойным молоткам всю их победную эйфорию. Может всё-таки у них первых отвалится?! Если не показная эйфория, то хоть что-нибудь более-менее существенное для наших целей и задач.
- Если за твоё проживание в раю не заплатит ближний твой или добрый дядя, то спрашивается - кто будет платить? Ничего из ничего не бывает! Так сколько в вашем раю остаётся людям на прожитьё? Только реально? И только честно!
- В среднем сто, сто двадцать рублей на трудоспособного. - Бросив думать, совсем уж косо глянул на меня председатель-боровичок, мол, чересчур энергично копаешь корреспондент, спокойней надо, спокойней.
– Считаете, мало?
- Сами-то колхозники как считают? - Осторожно засмеялся Бусиловский, явно рассчитывавший при всём ещё и на райскую зарплату. Хотя бы для девушки красивой, которую он и сам знал как облупленную.
- В «Колосе» зарплаты в полтора-два раза выше. Как минимум. Не упрекают вас за это?
- А с чего упрекать? - Опять неприятно удивился председатель и лукаво сощурил почти ленинские свои брови. Точнее, по мере непредвиденного усложнения интервью - всё более ленинские, ой, мама.
В самом деле, зачем ему признаваться, что именно считают в действительности колхозники, да и в состоянии ли они теперь о чём-либо адекватно судить и что-то считать. Он же не признается, для чего именно заплетал мозги колхозникам, чтобы они действовали строго по его плану! Такой заговорит кого хочешь, за что угодно проголосуешь, лишь бы председатель отвязался. Этот же хитрец будет потом скромно указывать - мол, не я всё сие сотворил, это они сами попросили. А я, мол, лишь простой исполнитель той воли народной. Не мог пойти супротив.
Такой вот несчастненький попался начальник, сам не в себе от столь непосильной ноши великого преобразования, которое ему просто-таки навязали.
- Не мы же им скостили заработки. Они сами это предложили и сами приняли решение, причём, единогласно. Им не на кого пенять. Все подписались. Но, между прочим, никто не жалеет. В нашем клубе были?