Я опять раскрыл блокнот. Вообще-то всё правильно. Но чем Ванька раньше-то думал, хотя бы в ночь перед подвигом, выхваляясь?! Неужто и впрямь рассчитывал вволю порисоваться, четвертную свою дурацкую сшибить поверх зарплаты, да и выскочить дуриком в князи. А как не получилось, как неудача, так и расплакался, теперь вся и всех винит. Круто, однако, Иванушка из роли выходит своей олимпийской. Зато, помнится, вчера на заре входил в неё отлично, да ещё с каким прибабахом, с блеском, с помпой!..
Сам Дмитрий Лукич Генералов меж тем багровел. Было видно, каких героических усилий стоило ему сдержаться в общении со слишком отвязавшимся Ванюшкой, ухарски режущим правду-матку. Но потом председатель всё-таки взял себя в руки. Всё-таки старая кадровая школа, что и говорить! Я на его месте врезал бы, охладил человека. Для его же пользы. А то и до тюрьмы договорится, дурачок! Сам же и донесёт на себя.
- Председатель, а, председатель?! Ты заготовил мемор-риальную табличку для моего поля, такую красивенькую, с тиснёными золотыми буковками? Мол, в такое-то время всемирно известный Иван Курилов однажды дал здесь сто двадцать гектаров за сутки?! Вот так, взял и дал. Всем дал!
- Ладно, Ваня. Ты немного не в себе. Понимаю, обидно, что не совсем так получилось, как намечали. Мы ещё с тобой на эту тему поговорим. Золотой ты парень, да многого не понимаешь. Грузись-ка в машину, домой тебя завезу.
- Не забудь, Лукич, провезти мимо ребят, показать, как ты уважаешь передовиков, - на своей персональной машине по домам развозишь после тяжких трудовых суток. Может, проблеют в ответ что-нибудь приятное.
- Вот, язва. И чёрт с тобой! - Генералов повернулся ко мне. - Подвези ты его, а то здесь и заснёт. Ещё кто наедет - и хана, нет героя. Вся жатва насмарку пойдёт, как уверяет сам же Ванька. Хе-хе… - По всему видно было, что долго переживать по этому поводу председатель уж явно не будет.
- Когда будет статейка?
- Завтра. Только не статейка, а статья. - Хмуро ответил я.
- Статья так статья. А его трёп ты не слушай. - Кивнул председатель в сторону блаженно улыбающегося передовика социалистического производства. - Устал он, да выпил ещё, вот и заносит. Так и пиши - сто двадцать за сутки. Так же оно и есть. Или что, мне ещё тебе доказывать?!
- Оп…опровержение напишу. - Захохотал передовик. - В райком сообщу. Кузьмич тебя ох как взгреет. Всыпет по первое число за твои липовые рекорды. - Понял?
Генералов не обращал на Ивана внимания.
- Ладно, давай пять. Да заглядывай почаще. Писать у нас есть о чём. Да и отдохнуть можно в полное удовольствие, не забывай… Вот ещё что. Не забудь отметить, что за первый день жатвы в целом по колхозу скошена треть хлебов, что все механизаторы перевыполнили сменные нормы. Все, понял?! Все до единого! Выдели это особо! Так что пока, до встречи!
Глава 7. Покаяние правофлангового
Глава 7. Покаяние правофлангового
Потом произошло следующее: я успешно, без приключений довёз Ивана домой. Он в коляске уснул. Взлохмаченная голова правофлангового развитого социализма помпончиком моталась из стороны в сторону, счищала пыль с багажника, словно дворник. Хоть какая-то польза. Заехав во двор, с рук на руки сдал багаж Куриловой - высокой, смуглой казачке с довольно приятными чертами лица и крепкими, красивой линии жизни, загорелыми ногами.
- Когда же это он успел? - Радостно, что ещё живой, ахнула она, засучивая рукава.
- Победу на поле брани обмывал. - Отрапортовал я и, дабы облегчить Ивану дальнейшую судьбу-кручинушку, добавил. - Вы, главное, не переживайте, не сам он, председатель, змей, угощал. Да ещё издевался. Говорил, такова уж, мол, доля передовика, пей, пока не зальёшься! Но деньги за подвиг вам дадут.
Так она даже отмахнулась на это. Во, как это всё достало её! Она так и сказала:
- Да ну вас всех!
В редакцию поспел как раз к летучке.
- Прибыл? - Встретил в коридоре Лёнька.
- Нет. Ещё еду.
- Как там - есть?!
- Фактически есть, юридически - нет. И вообще, товарищ начальник, не лежит у меня душа бить в барабан. Дырявый.