Когда ещё не минул поворот на центральную усадьбу «Колоса» с помпезной аркой и грозными церберами-дискоболами, меня нагнала серая колесница горьковского автозавода, требовательно гавкнула сдвоенным клаксоном, властно требуя освободить для начальства лыжню, и пошла на обгон. Промелькнуло высунутое из окошка дверцы знакомое рыхлое лицо. Вон, какая петрушка, сам товарищ Генералов куда-то поспешает. Наверно, на рекогносцировку нового подвига.
Тьфу! Узнал меня, срисовал в секунду. Проскочив вперёд, двадцатьчетвёрка, мигнув стоп-сигналами, свалила на обочину и остановилась. Я сходу попал прямо в жаркие лапы передвижной председательской засады. Хуже, чем если бы даже к милиции. Везёт же и вправду мне всё последнее время! Сейчас опять будут чем-нибудь одаривать. Бойтесь данайцев, дары приносящих! Особенно ихнего генерала.
- Здорово, писатель! - Приветствовал меня Лукич, когда пришлось из вежливости остановить мои тридцать шесть лошадок около его стосильной колесницы. - Куда путь держишь? В какие университеты на этот раз?
- Служба, Дмитрий Лукич. - Неопределённо ответил я, с опаской косясь на своего могущественного недруга, - кто его знает, может, после всего ещё бить начнёт, с него станется.
- Какая там у вас служба! - Мирно усмехнулся он. - Пришёл, увидел, написал, как Лёнька говорит. Не вспотеешь. Хотя, должен признать, что Иванову своей писаниной вы, кажется, прихлопнули. Не вывернется теперь, бедолажка. А говорил я ей, говорил - дружи с прессой, дружи! Ей же Трифона себе завести вообще пара пустяков была. Нет. Не послушалась. Чья идея-то была глушануть родимую? Кому маслица недодала?!
- Люди написали, а кто - неизвестно. Доброжелатель.
- Как же! Доброжелатель! Ты сказанёшь! Ха-ха! Держи карман шире. Рукой анонима всегда злость, зависть или обида водит. Наверняка обделила Иванова кого-то из своих, рубля не доплатила. Либо кому повыше в наваре отказала. Сэкономила на рубле - и потеряла всё! Точно тебе говорю!
- Не всё рублём меряется, Дмитрий Лукич! - Отважно возразил я, теперь сам сильно сомневаясь в правоте своих слов.
- К-как это «не всё»?! - Опешил Генералов от моего ляпа, но пока что не разозлился. - Молод ты ещё, честно скажу, зелен. До рубля, брат ты мой, сытых глаз нет и никогда не будет. Каждый к нему тянется. Каждый! Думаешь, тот же Курилов, что распинался, выпендривался прошлый раз перед тобой, уж такой бессребреник? Ты считаешь, что ничего ему, кроме бутылки водки под задницей, не надо?! Ошибаешься! Ой, как ошибаешься! Ему только дай - руку по плечо зубами отхватит! Похлеще любого пришлого башибузука! Никогда не откажется ни от чего! Хоть и дома у него всё есть и в загашнике водится, а только помани деньгой - пуп сорвёт, а выхватит. Конечно, по большому счёту, когда-нибудь потом, добром не кончится это всё, что с людьми стало происходить. Но пусть хоть после нас.
- И всё-таки, мне кажется, не ради денег он так вкалывает. Или не только «ради»! Чего тогда бы он отказывался от лишних, приписываемых ему гектаров? Вот и ухватил бы очередной кусок, раз он такой рвач по вашим словам! Вам так не кажется?!
Генералов чихнул, охнул и отвернулся, роясь по карманам в поисках платка.
- К-когда кажется, креститься надо! - Пробормотал он, вытер ноздри и в полный тембр продолжил. - Я его, Ивана, лучше знаю, чем ты. Нынче вот в звене работает, в одной загонке со всеми. Как и хотел сдуру. Совсем бешеный стал, остальных гоняет, чтобы за ним, за его проходкой тянулись. Его же выработка идёт теперь на всё звено, вот заработки и упали. А как иначе, за других-то не хочется спину гнуть, бригадный подряд это тебе о-очень хитрая штука. О-очень хитрая! Всем прессам пресс! Похлеще стахановского! Из кого хочешь соки выдавит! Не подстегнёшь ближнего, не порвёшь ему жабры - сам без заработка останешься. А это хуже всего, когда свои же для своих - и надсмотрщики и погонялы! Зато нам, председателям, - конечно, самое то!
И чем ему, дураку, не комфортно было прежде?! Я ж ему такие условия создал! Как в Америке! Даже лучше! Нет, не вынес, дуралей, косых взглядов и подковырок. Вот сказано ж было ещё в сказках - Иванушка-дурачок. Так и есть. По имени и судьба выходит, как ни поставь её! Так тогда теперь - и будь как все! И получай как все! Небось, кусает локоть, ещё как кусает!