Если бы вы спросили меня, как я разделся, то не смог бы вам сказать. Я слишком поглощен этой женщиной. Это размытое пятно прикосновений, поцелуев и наблюдения за тем, как ее зрачки расширяются от возбуждения. Очевидно, я слишком торопился, потому что теперь она смотрит на меня, и вместе с голодом я снова вижу страх. Ее руки соединены на груди, и она сжимает их так сильно, что кажется больно. Я кладу свои на них, пытаясь успокоить ее, облегчить ее состояние.
— Нечего бояться, Кэсси. Тебе не нужно нервничать. Я просто хочу доставить тебе удовольствие.
— Я знаю, Майкл, — шепчет она, и слова произносятся тихо, но рассудительно.
Я позволяю подушечкам пальцев скользить по ее лицу. Она так чертовски красива — лучше, чем любой сон, который я когда-либо видел. Черт, она лучше, чем я заслуживаю.
Я подношу ее соединенные руки к своей груди. Она крепко держит свои руки, и я нежно провожу по ним руками, согревая их и пытаясь успокоить ее. Я кладу ее руку на свое сердце и медленно надавливаю, и разглаживаю ее мышцы, так что ее руки лежат ровно на моей груди. Все это время ее глаза — такие большие и красивые — смотрят прямо в мои. Ее дыхание такое прерывистое, что ее тело вибрирует.
— Ты в безопасности со мной, Кэсси. Ты будешь в безопасности со мной до конца своей жизни, детка.
Мои слова ничем не отличаются от тех, что я говорил ей раньше, но сейчас они достигают глубин ее сознания. Я могу сказать это по тому, как она слегка расслабляется, и по тому, как ее пальцы сгибаются в волосах на моей груди. Как будто она вышла из страха и ожила в моих объятиях.
— Сделай меня своей, Майкл. Больше не нужно ждать, — призывает она.
Четыре простых слова, которые полностью меня погубят.
Мне нужно действовать медленно, но я не уверен, как долго смогу это делать — если смогу вообще. Мне нужно, чтобы ей было комфортно с моим телом. Я тяну ее руку вниз, позволяя Кэсси чувствовать мою кожу, ее мягкость, жесткость, жар и то, как мои мышцы сокращаются под ее прикосновением. Она еще не понимает этого, но я ее так же, как она моя. Эта маленькая девочка полностью завладела мной.
Она моя, и я не могу ее отпустить. Я не отпущу ее.
Я останавливаю наши руки на краю своей талии, позволяя ее пальцам упереться мне в пах. Она все еще не смотрит на меня ниже талии, но и не убирает руку.
— Мне нравятся твои прикосновения, Кэсси, — говорю я ей, пытаясь ее успокоить.
— Мне нравится прикасаться к тебе, — бормочет она, высовывая язык и увлажняя губы. — Ты такой теплый. Мне... мне это нравится.
— Ты можешь прикасаться ко мне... больше, детка. Мне это нужно.
— Так? — спрашивает она застенчиво, и ее ногти царапают волосы у меня в паху.
— Как хочешь, Кэсси. Где хочешь.
Я стою у кровати, а она лежит на ней, напрягаясь, чтобы дотянуться до меня. Я вижу нерешительность на ее лице, но она преодолевает ее и медленно — так мучительно медленно, что мне хочется застонать — ее рука опускается и обхватывает мой член. Она держит меня свободно, выдавая новизну того, что мы делаем... свою неопытность.
— Погладь меня, Кэсси.
— Погладить тебя? — спрашивает она мягко, нерешительно.
Я провожу своей рукой по ее руке и толкаюсь, обучая ее без слов держать меня крепче. Ее пальцы не совсем охватывают меня, но они кажутся раем. Мы начинаем с основания, а затем я медленно перемещаю ее руку вверх по моему стволу к головке. Предэякулят собирается на головке и скапливается на наших пальцах.
— Вот так, детка, — отвечаю я хриплым голосом, потому что это так чертовски приятно, что мои яйца напрягаются от потребности кончить.
— Тебе это нравится? — шепчет Кэсси, звуча довольной собой.
— Блядь, детка, мне это чертовски нравится, — говорю я ей, и когда я убираю руку, она снова гладит меня, на этот раз сама, и это делает все еще слаще. Мой член плачет по ней, оставляя след предэякулята, скользящий по моему стволу. Когда кончу, я так сильно ее заполню, что буду вытекать из этой сладкой киски несколько дней.
— Мне это тоже нравится, — тихо отвечает она, словно признаваясь в запретной тайне. Затем Кэсси удивляет меня, вытягиваясь, чтобы приблизить свое лицо, наклоняясь и проводя языком по скользкой головке моего члена. Я не могу остановить рычание, которое вырывается из меня, и она дергается, глядя на меня.
— Разве я сделала это неправильно?
— Бля, детка. Ты сделала это идеально, Кэсси. Это было просто слишком хорошо. Если ты будешь делать это часто, все закончится задолго до того, как мы будем готовы.
Я смотрю, как она густо краснеет, и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в лоб. Она просто чертовски... милая.
— Я бы не возражала, Майкл.
— Я возражаю, детка.
— Но...
— Когда я кончу, Кэсси, это произойдет, когда я буду глубоко в тебе, заполняя тебя, заставляя тебя принять все мое семя.
— Я не думаю, что... Я имею в виду... Майкл, я не...
— Кэсси, если ты передумала, тебе нужно...
— Я не принимаю противозачаточные, Майкл, — произносит она, так быстро выговаривая слова, что я почти не улавливаю их.
Все во мне напрягается.