– И правда, – кивнула девушка в юбке. – Тогда и готовить придётся у него.
– Я что-нибудь придумаю. Всё равно хотела попозже зайти к нему, проверить.
– Лиз, – начала она, тревожно перебирая складки юбки, – а если отчим всё-таки появится в городе?
– Тогда балбесу достанется, – вздохнула темноволосая. – Но надеюсь, он его не тронет, хотя бы из-за травмы.
Раздалось гудение. Оставив в покое измятую юбку, девушка взяла со столика вибрирующий мобильник и нахмурилась.
– Что случилось?
– Это с работы. Съёмки перенесли, нужно быть через час в студии. Ну почему именно сегодня!
Девушка в юбке подняла глаза на подругу, безмолвно спрашивая, действительно ли всё будет хорошо.
– Беги давай. – Темноволосая стащила подругу с дивана. – Поддержка — это хорошо, но кто-то же должен деньги зарабатывать. На чьей шее я буду сидеть, когда меня опять попрут с подработки?
Девушка в юбке обняла темноволосую и бросилась к выходу, на ходу отвечая на эсэмэску.
– Закажи пиццу, поешьте вместе с Максом. Это поднимет ему настроение.
– Иди давай уже.
Как только дверь захлопнулась, темноволосая вытащила телефон и оформила заказ через приложение.
Дождавшись пиццу, она вытащила из холодильника две бутылки лимонада и вышла из квартиры.
Девушка дважды постучала в дверь ногой, но ей не открыли.
– Куда он на костылях-то свалил, – проворчала она, пытаясь удержать бутылки и коробку одной рукой, подпирая их снизу коленкой.
С горем пополам открыв дверь своим ключом, она вошла. В квартире оказалось пусто. Девушка достала мобильник и набрала сообщение:
Ты куда укостылял и когда вернёшься?
Через несколько минут пришёл ответ:
Ща вернусь, но зайду к тебе позже.
Проигнорировав намёк на то, что её здесь никто не ждёт, девушка разложила еду на кухонном столе и направилась в ванную, воспользовавшись случаем.
Когда она выключила воду, сразу поняла, что в гостиной кто-то есть. Решив, что вернулся хозяин квартиры, она оделась и, замотав волосы полотенцем, открыла дверь. Услышав два голоса, девушка сделала шаг назад и замерла.
– Как ты мог так облажаться? – спросил низкий хриплый голос.
Повисло молчание. Не дождавшись ответа, голос продолжил:
– Ты нас с матерью очень разочаровал.
– Это она так сказала? – спросил второй, сдавленный голос, сквозящий болью и обидой.
Звук хлёсткой пощёчины заставил притаившуюся девушку вздрогнуть.
– Если я так сказал, значит так оно и есть, – спокойно ответил первый. – Ты был в шаге от национальных и так позорно упустил свой шанс.
– Я не робот, чтобы всегда делать всё идеально. Так, как хочется тебе!
– Ты ещё смеешь кричать на меня?
Девушка покрылась мурашками и обняла себя, впившись ногтями в плечи. Когда начался грохот и звуки ударов смешались с гневными криками и стонами, она осела на пол и зажала ладонями рот. Затем всё резко изменилось: стоны и крики прекратились, а удары стали приглушёнными, словно били уже не кулаком, а каким-то предметом.
– Ты – ничтожество, как и твои никчёмные подруги. Будь твой папаша жив, он бы со стыда сгорел.
Когда дверь захлопнулась, девушка ещё какое-то время сидела, пытаясь избавиться от эха звуков, продолжавших звучать в голове. Взяв себя в руки, она отбросила в сторону сползшее с головы полотенце и вышла. Высокий черноволосый парень сидел на диване, закрыв лицо ладонями. Рядом лежали джорданы: один – на диване, второй – у его ног. Белоснежные кроссовки были перепачканы кровью.
– Вот же скотина… – прошипела девушка, трясущимися пальцами набирая номер скорой.
– Спасибо, – прохрипел парень, не глядя на неё. – Что не вышла.
Девушка подошла, осторожно коснулась его ладоней, убирая их от лица, и у неё вырвался не то вздох, не то стон.