Сделав вид, что иду в комнату Лизы, я медленно прошла мимо двери, стараясь разглядеть, что за ней происходит: Костик опустил голову в раковину прямо под струю воды.
– Всё в порядке?
Костик вздрогнул и стукнулся головой о кран. Зашипев, он потёр место ушиба. Вода разбрызгивалась во все стороны, оставляя мелкие тёмные точки на его серой футболке.
– Пытался немного остудиться, – смущённо усмехнулся он, но в глазах его было вовсе не смущение.
Я вошла, закрыв за собой дверь на щеколду. Сложив лимонад в раковину, я сняла с крючка полотенце и накинула его Костику на голову. Он не шевелился, прожигая меня тяжёлым, незнакомым взглядом. Я закатила глаза и принялась сама вытирать ему волосы. Когда Костик поймал моё запястье, я даже не попыталась высвободить руку.
– Если ты продолжишь так себя вести, я могу понять это неправильно, – предупредил он.
Воздух вдруг стал густым. По телу разлилось волнение, отупив мня настолько, что я перестала понимать, на каком языке возмущается голос моего рассудка. Я приблизилась к его лицу, насколько позволяла наша с ним разница в росте, и сказала:
– Понимай как хочешь.
Зелёные глаза, обычно смотревшие тепло, мягко и дружелюбно, сейчас обдавали ледяной решимостью. Последнее, о чём я успела подумать, что Макс точно меня убьёт.
Я обхватила шею Костика и потянула на себя, заставляя склониться ниже, и, как только сумела дотянуться до его губ, тут же поцеловала. Это не был красивый и нежный поцелуй любви, это было чистое нетерпение – жгучее и тревожное. Костик сперва застыл, но быстро справился с оцепенением и ответил. Внутри меня словно что-то подожгли – даже лёгкие стали гореть от нехватки воздуха, и руки цеплялись за Костика так, будто прикосновения к нему могли потушить этот пожар. Погружённая в чувство вины за свою глупость и несдержанность, я даже не заметила, как Костик полностью перехватил инициативу, и давила уже вовсе не я. Чем глубже и напористее были его поцелуи, тем меньше я узнавала в нём того милого и улыбчивого солнечного мальчика, каким Костик всегда мне казался. Обхватив одной рукой мою талию, второй он скользнул мне под рубашку и стал подниматься по позвоночнику, а вслед за его пальцами по коже бежали мурашки. Я провела рукой по его мокрым волосам. В лицо тут же брызнули капли, и я невольно прищурилась.
Костик вдруг остановился и открыл глаза. Он смотрел на меня с такой концентрацией желания и восхищения, что я почувствовала себя центром его вселенной.
Когда я стала покрывать поцелуями веснушки на его лице, Костик, кажется, даже перестал дышать. Шумно выдохнув, он прижал меня спиной к стене, и я тут же обвила его бёдра ногами. Он стал жадно целовать мои скулы, шею и ключицу, а я выгибалась, требуя, чтобы он спускался ниже. Внезапный шум в гостиной вернул нас к реальности, и Костик, испугавшись того, что делали его собственные руки и губы, отпрянул от меня.
– Так нельзя, – прошептал он, хватаясь за волосы. – Если не остановимся, то всё испортим. Завтра нам будет стыдно и неловко.
Я молча смотрела на него, совершенно не понимая, что следует сделать – настоять или уступить.
– Ты для меня не девушка на одну ночь, – нахмурился Костик.
Глава 8. Лиза
8
Лиза
Когда кто-то неожиданно подошёл к девочке со спины, она едва не рухнула со скамейки. Увидев мужчину, она поспешила вытереть слёзы.
Мужчина обнял её за плечи и тяжело вздохнул. Он не решался заговорить, но девочка ждала, пока он собирался с мыслями.
– Знаешь, – наконец сказал он, – ты не всегда можешь защитить близких, даже если у тебя прекрасно поставлен удар. Тебе всего десять, в конце концов.
Он вновь тяжело вздохнул и сел рядом, а девочка всё никак не могла перестать всхлипывать.
– Если позволишь, я дам тебе один совет. Но ты у меня крутая девчонка, поэтому можешь не слушать.
– Я хочу, – буркнула девочка.
– Тогда слушай, – мужчина повернулся к ней лицом. – Я отлично понимаю твои чувства. Если бы моего друга обижали, я бы тоже горел желанием начистить обидчику морду, но тут немного другое дело. Это его отец.