– Мама! – жалобно взвыла она.
– Ой, прости, забыла, что ты в ванной! – послышался приглушённый ответ из-за стены, за которой находилась кухня.
Девушка дождалась, когда мать закроет кран, и вернулась под душ. Убедившись, что оттёрла себя всю, не пропустив ни малейшего участка кожи, она накинула банный халат, влезла в тапочки и незамеченной проскочила к себе в комнату.
Устроившись на кровати, девушка достала мобильник и открыла галерею. Почти на всех фотографиях были они с подругой: в классе, в их комнатах, в потрёпанном спортзале школы, на площадке возле дома, в кафе. Там, где они были не вдвоём, они были втроём с высоким черноволосым парнем.
Убрав телефон под подушку, девушка уставилась в потолок, где мягко светились фосфорные звёздочки, которые на прошлый день рождения для неё расклеила подруга. Глядя на их тусклый зеленоватый свет, она осознала, что не только не сумела спасти её, но и предала.
***
Лиза
Весь день от Макса не было ни одного сообщения, даже идиотского стикера в нашей общей группе. Зато Сандра, прознав, что вечером я встречаюсь с Дэном, изводила меня подколами, пошлыми шуточками и вопросами о том, насколько он хорош собой. Перед тем, как она убежала на съёмку, я попросила её вновь замаскировать мои побои на лице – получилось почти идеально.
К моменту, когда я закончила с работой и добралась до мобильника, от Дэна уже пришло несколько нетерпеливых сообщений. Я немного разволновалась и долго пыталась в туалете привести в порядок непослушные волосы, но в итоге смирилась с тем, что было.
Я нашла Дэна на задней стоянке. Увидев огромный внедорожник, рядом с которым он стоял со скучающим видом, я едва не присвистнула. Я совершенно не разбиралась в моделях, зато Костик мигом бы определил её и выдал всю историю создания, уложившись в десять секунд. Волосы Дэн собрал в крошечную гульку на затылке, а те, что были короче, свободно рассыпались, прикрывая шею. Одет он был просто – в чёрную футболку и тёмные джинсы, но смотрелся в них так роскошно, как многие не выглядят в свадебном фраке. Нервно пригладив своё скромное чёрное платье – единственное в моём гардеробе, – которое мама сшила мне в выпускном классе, я направилась к нему.
Все эти несколько десятков шагов я судорожно пыталась понять, что во мне нашёл этот смазливый богатенький щёголь. Здравый смысл кричал, что связываться с таким не самая лучшая идея. Когда мы только переехали в столицу, то сильно выделялись среди других студентов и внешне, и поведением, и манерой речи. Из-за этого мы достаточно наслушались оскорблений от тех, кто смотрел на нас свысока лишь из-за происхождения. И выглядели они в точности, как Дэн.
– Я приехал немного раньше, – сказал он.
– Я заметила, – усмехнулась я, демонстрируя свой телефон, где были открыты его сообщения.
– Прости, – улыбнулся Дэн, изобразив на лице смущённое раскаяние.
Он вдруг замер и стал разглядывать моё лицо. В глазах появилось любопытство. Не ужас и боль, с какими смотрел на меня балбес, а какой-то мальчишеский интерес.
– У тебя что, бровь рассечена?
– Глупости, – под его пристальным взглядом я занервничала. – Немного подралась с хулиганами.
Сперва мне показалось, что Дэн ухмыльнулся, но он тут же обеспокоено спросил:
– Ты точно в порядке?
– Куда поедем? – спросила я, пытаясь сменить тему.
Внутри вдруг появился необъяснимый трепет, словно я впервые была на свидании. Впрочем, по большому счёту, так оно и было.
– Запрыгивай, – махнул рукой Дэн, открыв для меня дверь. – У меня есть план.
Я уселась и невольно забилась вглубь сиденья: всё внутри было настолько чуждым, незнакомым и дорогим, что я боялась даже случайно чего-нибудь коснуться. Слишком удобно и слишком некомфортно.
– Всё хорошо? – удивлённо спросил Дэн, но быстро потерял интерес к собственному вопросу и кивнул на приборную панель. – Скажи, если будет дуть.
Мы ехали в тишине, и Дэну от неё было не по себе. Он включил музыку и зазвучала знакомая мелодия.
– Любишь поп-панк? – удивилась я.
– А что, я похож на того, кто слушает Бетховена? – засмеялся Дэн, не отрывая взгляда от дороги.
Чтобы развеять неловкость, он стал без умолку рассказывать о любимых группах, о концертах, на которых был, о том, сколько раз выкрашивал волосы в самые разные цвета от зеленого до розового. Его голос был приятным – таким обычно говорят уютные второстепенные персонажи в книгах, и вскоре мне удалось немного расслабиться. Я слушала, не слишком вникая в то, о чём он говорил, наслаждалась его тёплым, звонким смехом и любовалась улыбкой, которая не сходила с его лица.