Я сел рядом.
– Ещё раз предлагаю решить всё мирным путём, – неуверенно и весьма формально заговорил следователь.
– Нет, – ледяным голосом произнёс Алекс.
– Не советую торопиться с решением, – предупредил Ратмир, закидывая ногу на ногу. – Может, поболтаем немного для начала?
– Мой клиент не согласен на мировую, – обратился регбист к следователю, игнорируя Ратмира. – Сделайте всё, что необходимо, и как можно быстрее. Ему скоро возвращаться домой на соревнования, мы не сможем задерживаться в городе.
Поняв, что его ни во что не ставят, Ратмир помрачнел, и я вновь подумал о том, как мне повезло, что он на моей стороне. Ратмир молча достал мобильник и включил видео, положив телефон на столе следователя так, чтобы его было видно всем.
Судя по картинке, видео снималось тайком. Оператор держал телефон в руке, поэтому его лица не было видно, лишь элементы одежды и спортивную сумку, с какими обычно ходят в качалку. Его собеседник тоже попал в кадр частично – ноги в спортивных бриджах, тёмная футболка, оголённые жестикулирующие руки.
Собеседник протянул оператору мобильник с фотографией на экране, которую было не разобрать.
– Она закончит около восьми, – зазвучал голос, который я сразу узнал, несмотря на качество съёмки. – Припугнёте и всё. До крайности не доводить. И не лапать.
– Нас будет трое. Но за то, что это девчонка, я возьму двойную плату, – сказал второй голос и хрипло рассмеялся. – Не люблю обижать девушек.
Я изумлённо глянул на Алекса и по его растерянному выражению лица убедился, что на видео действительно он.
– Это не я, – надменно бросил он, заметив мой взгляд.
– О, – делано удивился Ратмир, – разве я сказал, что это вы, господин Светлов?
Ратмир стал перематывать видео и остановил на моменте, где ракурс смещается, и в кадр всё-таки попадает лицо собеседника.
– А, нет, – усмехнулся Ратмир, – это действительно вы! Вот так совпадение.
Я не верил своим глазам. Меня разрывало: я ликовал, радуясь такому невероятному везению, но теперь мне хотелось прибить этого урода за то, что он сделал с Лизой. Я стиснул кулаки, чувствуя, как расходятся едва затянувшиеся ранки на правой руке, но не двинулся с места – дважды на эти грабли я наступать не собирался.
Алекс сидел, нервно выстукивая ногой дробь по кафельному полу.
– Я не хотел, – начал он прежде, чем его адвокат успел хоть что-то сказать. – Они не должны были её бить, только припугнуть.
– Ублюдок ты мелкий, – прошипел я, едва сдерживая гнев, и тут же ощутил, как на моё плечо легла рука Ратмира.
– Вы всё ещё не хотите мировой? – вежливо улыбаясь спросил он, словно не угрожал, а вёл светскую беседу о погоде.
Регбист недовольно глянул на Алекса, дождался его неуверенного кивка и сказал тихим, на удивление спокойным голосом:
– Мы заберём заявление.
Следователь был счастлив больше всех. Он заулыбался и нырнул в стол в поисках чистого листа и заявления Алекса.
Когда мы вышли на улицу, солнце палило так, что глаза слепило. Алекс прошёл мимо нас, скрипя зубами, но не говоря ни слова, а вот его адвокат пожал Ратмиру руку. Когда они сели в машину и скрылись из виду, Ратмир достал сигареты и закурил. Я поморщился – никогда не любил этот запах, от него сводило горло.
– Как ты узнал?
Ратмир издал смешок и затушил сигарету.
– Да я сразу понял, что это его рук дело, когда ты про нападение в парке рассказал. Только найти доказательства не мог. А потом нашёл тех парней, припугнул, что девчонка непростая, и их всех за это если не посадят, так грохнут. Сразу нашлось видео.
– Ты просто нечто, – выдохнул я. – Я рад, что мой отец нанял тебя раньше, чем сцапал бы кто-то другой. Светловы, например.
Ратмир рассмеялся, отчего его глаза по-детски сощурились в две изогнутые линии.
– Я, конечно, люблю деньги, но не настолько, чтобы поступаться принципами. И это одна из причин, почему я работаю с твоим отцом.
– А вторая, видимо, твоя «Мазда».
– В точку.
Я вдруг поёжился, вспомнив, что мне ещё предстояло объясняться с отцом за произошедшее.
– Как много ты ему рассказал?
Ратмир пристально посмотрел на меня, а затем насмешливо хлопнул по плечу:
– Можешь выдохнуть. Ничего я не рассказал. Совсем.
– Это как? – не поверил я.
– Молча.
Больше я ни о чём не спрашивал. Мы сели в машину, но мне захотелось пройтись пешком, чтобы привести чувства и мысли в порядок. А ещё до ужаса захотелось к Сандре – сделать для неё что-нибудь приятное и увидеть, как сияют её глаза.
Написав Максу, что Алекс забрал заявление, я попросил Ратмира высадить меня.