– Вы с этим козлом стоите друг друга, – бросил я, выходя из-за стола. – Надеюсь, ты понимаешь, что на этом наши с тобой пути расходятся. Я хочу, чтобы ты никогда больше не появлялась в нашей жизни.
Аля сперва опешила, а потом в её глазах взвилась злость, и она закричала:
– Вашей жизни? Вашей?! Это ты про себя и эту деревенщину? У вас и жизнь теперь общая?!
Я рассмеялся – искренне, до боли в животе и сердце:
– Дура, ты Алька. Она у нас, деревенщин, всегда была общая. С самого дня нашей встречи.
Аля зарычала, словно зверёк, загнанный в угол, но я уже повернулся к ней спиной и не видел, что было на её лице. Только знал, что сожаления о своём поступке на нём точно не было.
Глава 18. Макс
18
Макс
Девочка в новой школьной форме упрямо лезла на дерево. Юбка у неё то и дело цеплялась за сучья, но под ней предусмотрительно были надеты спортивные штаны. Мальчик, стоявший под высоким дубом, наблюдал за девочкой снизу вверх.
– Если ты упадёшь, твой папа меня побьёт.
– Мой папа никогда никого не бьёт, – послышался голос сверху. – И вообще, это он меня научил, что слабых нужно защищать.
– Я не слабый! – с обидой воскликнул мальчик. – И я не просил тебя меня защищать!
Девочка ничего не ответила. Она продолжала сосредоточено взбираться всё выше, пытаясь добраться до рюкзака, который кто-то из одноклассников забросил на дерево. Ловкая и гибкая она продвигалась к цели быстро.
Её нога вдруг соскользнула, потеряв опору, и девочка повисла, держась за ветку над головой. Мальчик испугано вскрикнул, выронив её рюкзак:
– Лизка! Держись крепче!
Девочка вдруг рассмеялась, легко подтянулась и поставила ноги, найдя подходящий сук.
– Ты не только боишься высоты, – заметила она, – тебе страшно даже смотреть, как я лезу!
– Ну ты и обезьяна, – пробубнил мальчик. – Настоящая мартышка.
– Лови, балбес! – крикнула девочка и сбросила вниз свою добычу.
Мальчик ловко подхватил рюкзак, но надевать не стал – он боязливо держал руки вытянутыми всё время, пока девочка спускалась с дерева. Когда она спрыгнула с нижней ветки и увидела его в таком положении, то расплылась в улыбке.
– Переживал за меня? – ехидно спросила она, тряхнув растрепавшимися короткими волосами.
– Ещё чего, – буркнул под нос мальчик, надевая на спину свой рюкзак и накидывая на одно плечо второй.
– Тебе нужно научиться постоять за себя, – со знанием дела заявила ему девочка. – Сколько можно терпеть? Они каждый день такое вытворяют и не перестанут, пока им не дашь по шее.
– Я не хочу никого бить.
Заметив в волосах девочки листья и мелкий мусор, он осторожно убрал их и поправил ей чёлку. Девочка, замерев, ждала.
– Я сама с ними разберусь, – пообещала она, когда они вновь двинулись к главному входу школы. – Никто не посмеет больше тебя обижать.
– Нет! – неожиданно воскликнул мальчик, и девочка удивлённо остановилась. – Я сам.
Она лишь пожала плечами и пошла вперёд.
***
– Ты где шатаешься? – раздался в телефоне возмущённый голос Лизки.
– Встреча была после работы, – бросил я, переходя дорогу.
Лизка всегда будто нутром чуяла присутствие Али рядом со мной.
– Я почти дома, – сказал я. – Ты у меня?
– Угу, – невнятно пробурчала Лизка, по всей видимости, добравшись до моего холодильника. – Я ключи забыла, а жёнушка будет поздно. Но тут пусто и скучно без тебя.
Внутри вдруг стало тепло. Лизка была частью меня – такой же, как рука или нога, оказаться без которой было бы для меня фатально. Я точно умер бы от потери крови. Я и представить не мог, что она отдалится из-за такой мелочи, как появление парня. Чтобы разорвать нашу с ней связь, нужно было что-то гораздо более серьёзное.
Лизка встретила меня у двери и тут же нахмурилась:
– Что с твоим лицом?
– А что с ним не так? – удивился я, скидывая кроссовки.
Лизка вдруг зажала мои щёки ладонями и приблизилась к лицу так, что почти коснулась своим носом моего. Она вглядывалась, сведя брови к переносице, и выглядела так нелепо, что я рассмеялся. Благодаря волшебным мазям Сандры, синяки с лица Лизки совсем сошли, остались лишь небольшие ссадины на рассечённых брови и губе.
Ловко перехватив её запястья, я вывернулся и прижал её к себе, взлохмачивая волосы. Лизка запищала и попыталась вырваться, но я держал крепко, хоть и бережно, чтобы не сделать ей больно. Какой бы сильной мартышка ни была, она оставалась девчонкой. Поняв, что ей со мной не справиться, она использовала грязный приём – стала щекотать. И теперь уже визжал я.