Я выпрямила спину и приподняла подбородок. Даже если меня не возьмут, я не позволю себе выглядеть жалко.
Нас по очереди назвали по именам, а потом со всех трёх ртов посыпались вопросы: сколько вам лет? какой у вас опыт работы в этой сфере? какие у вас рекомендации? какие награды? Словно лежащие перед ними резюме были пустыми.
– Как, у вас совсем нет опыта? – брови женщины в очках так изогнулись, что готовы были вот-вот слететь с её лица.
– Нет, – честно ответила я. – Я никогда не работала в вашей сфере, но неплохо разбираюсь в литературе, отлично пишу и быстро учусь.
Остальные двое покачали головами, даже не пытаясь скрыть осуждения.
– А рекомендации у вас есть?
– Нет. – От их презрительных взглядов во мне начинало шевелиться раздражение. – У вас было заявлено, что вы принимаете по результатам тестового задания.
Мужчина издал смешок, который, видимо, означал, что они не собирались давать мне и шанса, какими бы ни были результаты теста. Но женщина безразлично пожала плечами и лениво отмахнулась. Её соседка, сидящая по правую руку, протянула распечатанные листы, а девушка в рюшках спешно подхватила их и раздала нам.
– У вас на руках один из разворотов выпуска прошлого месяца. Вам нужно взглянуть на него и внести правки, которые, по-вашему, сделали бы его лучше. Можете использовать для этого чистый лист, который держите в руках.
– Пять минут, – сообщила женщина в очках, откидываясь на стуле.
Страх не справиться вогнал меня в ступор, но я напомнила себе, что эти павлины и так ничего особенного не ждут от меня. Это позволило расслабиться и дать себе волю сделать всё, что захочу. И я сделала. Исчиркала весь разворот, потому что он был кошмарным. Я нередко листала журналы, которые Сандра стопками приносила с работы, хоть чаще всё же имела дело с книгами. Нашла целых три неправильно проставленных запятых и даже одну опечатку, передвинула заголовок вбок, сократила один из кусков текста, предложила поменять общую цветовую гамму и фото вылизанной фотомодели на какой-нибудь лайфстайл, чтобы соответствовало теме уличных движений, о которой была статья, слава богам, не на английском.
Девушка в рюшках собрала наши работы и положила на стол перед мужчиной. Женщина в очках даже не взглянула на результаты, словно она и без того уже знала, на что способна каждая из нас. От её отношения у меня начали чесаться все части тела, которыми только можно было ударить.
Если бы в последние дни со мной не произошло столько всего, я, возможно, сдержалась бы. Я всю жизнь старалась поступать правильно, как учил меня отец, но это привело к бездне, в которую канули мечты, надежды и связь с самыми близкими мне людьми. Безнадёга и отчаяние пожрали всю теплоту моей души – мне стало всё равно.
– Вы не уважаете время. Ни своё, ни других людей, – услышала я собственный голос.
– Не поняла? – На этот раз вверх у женщины поползла лишь одна бровь, и выглядело это устрашающе.
– Если вам нужна восемнадцатилетняя смазливая девочка с пятнадцатилетним стажем работы в каком-нибудь VOGUE, лучше вам указывать это сразу при размещении вакансии. Тогда такие, как я, просто пройдут мимо и займутся чем-нибудь более полезным, чем любование вашими надменными лицами.
Меня несло, и остановиться самостоятельно я была не в силах. Лица у всех троих перекосило, но если у женщин – из-за моей пламенной речи, то у мужчины – от моего тестового задания. Он поднял голову и собирался протянуть листок женщине в очках, но вовремя заметил, что та играет со мной в гляделки, и решил не отвлекать.
– Говоря об уважении, – начала она так тихо, что в комнате даже лампы перестали гудеть, чтобы не заглушать её голос. – Раз ты так много в нём смыслишь, почему же явилась в таком виде?
Она произнесла это с таким отвращением, словно я пришла в одежде, снятой с уличного бродяги, или того хуже – голой. Я оглядела себя: чистые джинсы-мом, старые, но опрятные кеды, чёрная рубашка без рукавов с воротником-стойкой.
– Какой смысл приходить на шпильках и в вечернем платье, если на работе всё равно будешь ходить в удобной одежде? В такой обуви, – я кивнула на ноги сидящих рядом со мной девушек, – не побегаешь. А судя по вашим требованиям, предстоит делать именно это.
Теперь меня придавило ещё двумя недовольными взглядами – кандидаток, – и я поспешила их заверить: