– Я, блин, так и хотел сделать, – фыркнул Макс, – но она закрылась у себя и пообещала, что сбежит, если кто сунется к ней. Я побоялся, что потом вообще не смогу найти её. Сейчас она хотя бы под присмотром тёть Вики, которая заставит её регулярно есть и спать.
Я тихо рассмеялся, прикрывая рот рукой. Макс выглядел таким милым и нелепым, что невозможно было сдержаться.
– Ты правда врезал бы ей пару раз? – спросил я сквозь смех.
– Ты совсем идиот? Просто хотел вправить ей мозги.
– Это невозможно мило, просто невыносимо!
– У тебя крыша слетела, пока меня не было? Сандра что-то выкинула?
С упоминанием этого имени смех как рукой сняло.
Макс многозначительно закивал, подняв брови, а потом вскочил с дивана и уставился на плиту:
– У тебя что-то горит.
Совершенно забыв о рисе, я чертыхнулся и пошёл выключать газ. Естественно, еда подгорела, но не так сильно, как я ожидал. Поэтому я снял то, что было сверху, не трогая нижний слой, и разложил в две тарелки. Макс морщился, но ел, пока я рассказывал о том, что случилось между нами с Сандрой.
– Мне кажется, что ты тоже девчонка, потому что у тебя всё ещё сложнее, чем у этих двоих дурочек. Я бы на её месте тоже разозлился.
Я вздохнул, но не слишком расстроено, потому что ожидал чего-то подобного от прямолинейного и туго соображающего в чувствах Макса.
– У кирпича и то эмоциональный интеллект развит лучше, чем у тебя. Мне не нужен секс, чувак. Мне нужна любовь.
– Да понял я, что ты серьёзно настроен, – усмехнулся Макс, складывая грязную посуду в раковину. – Если бы это было не так, я бы тебя уже прибил.
– Ты это ей скажи, – недовольно пробурчал я. – А то она так и рвётся поматросить меня и бросить.
Макс рассмеялся, и я порадовался, что он наконец немного отвлёкся.
– Оставь, – я отодвинул его от раковины. – Я здесь разберусь, а ты иди отсыпайся. Тебе на работу скоро.
– Спасибо.
Следующие несколько дней я заглядывал вечерами к Максу, но тот стал брать дополнительные смены, поэтому пропадал в кофейне с самого утра до полуночи, возвращаясь домой, только чтобы поспать. Мы даже толком не разговаривали. К Сандре я тоже не заходил. Вся ситуация в целом выглядела довольно паршиво: Лиза уехала, разорвав все контакты, Макс ушёл в себя, а мы с Сандрой избегали друг друга. Только теперь до меня дошло, что Лиза была стальным ободом, вокруг которого плелась сетка нашей дружбы.
Отец всё чаще стал вызывать меня к себе, и с каждым разом мне становилось всё паршивее. Я чувствовал себя лицемером без возможности выбора. Иногда я завидовал Максу: если бы мой отец был хоть вполовину таким, как его отчим, я бы ни секунды не раздумывая выбрал собственный путь, послав его куда подальше. Но мой отец был не просто хорошим, он был лучшим для меня.
– Не хочешь размяться? – спросил я, бросая Максу мяч.
– Мужик, я провёл на ногах четырнадцать часов, – простонал он, скидывая с плеча рюкзак.
– Как раз воздухом подышишь, а то ты целыми днями в кофейне маринуешься.
Макс шумно вздохнул, давая понять, как сильно ему не хочется идти, но влез в кроссовки и через минуту мы уже были на площадке.
– Как думаешь, – спросил он, демонстрируя первоклассный дриблинг, – она вернётся? Сандра ходила вчера в «Золотую рыбку». Менеджер сказал, что Лизка давно уволилась.
Я не хотел говорить Максу то, что думал на самом деле. Если раньше мне казалось, что Лизе просто нужно подумать вдали от нас, то теперь картина выглядела не так оптимистично. Возможно, я заразился апатией от Макса, который с каждым днём становился всё депрессивнее. Или я просто скучал по Сандре.
– Я вроде не нытик, но без Лизки вообще не понимаю, что делать.
– Тут я тебе не советчик, чувак, – вздохнул я. – Я всегда был один, пока не встретил вас троих, и про такую крепкую дружбу только в детских книжках читал.
Макс прыснул, но смех его был таким горьким, что внутри всё сжалось. Хотел бы я хоть как-то помочь другу, но то, что было между ним и Лизой, – настолько личное, что влезать туда определённо не стоило.
Перехватив мяч, я бросил его, не целясь, и он отскочил от обода.
– За что тебя в сборную-то взяли, лузер? – буркнул Макс, подобрав мяч и в точности повторив мой бросок.
Прошуршала сетка. Я цокнул языком и мотнул головой.
– И какого чёрта ты никак не вернёшься в команду, придурок? – передразнил я его тон.
Макс удивлённо уставился на меня, забыв про мяч, который с глухим стуком попрыгал в противоположную от нас сторону.