Я смеюсь... Низко, искренне, чуть устало.
- Надеюсь, у магазина есть парковка, где ты сможешь наконец выдохнуть, - Рома действительно напряжен.
- Я уже не дышу, с тех пор как ты повернула без поворотника, - эта реплика меня забавляет. Но я действительно, от волнения забыла включить поворотник.
- Ты просто ревнуешь к моему вождению.
- Я… - он задерживает взгляд на мне, - ревную, да. Но точно не к вождению.
И снова тишина. Но на этот раз другая, тягучая…
Машина плавно останавливается у круглосуточного супермаркета.
Глушу двигатель, но не тороплюсь выходить.
- Хочешь, подожди. Я быстро.
- И упустить шанс увидеть, как ты выбираешь десерты, будто оружие? Ни за что.
- Только попробуй начать критиковать мой вкус, - звучит, как угроза.
- Никогда. У тебя вкус… очень интересный. Вон, на меня же упал.
Я недовольно фыркаю, открывая дверь.
Неспешно прогуливаюсь между стеллажей магазина, Рома идет за мной, точно, по пятам. Я чувствую его горячее дыхание за спиной.
Платье все еще неприятно липнет к телу, так что в целом, обстановка - не фонтан.
- Вот этот бери, - тычет пальцем на классический тирамису.
- Фу, - меня аж передергивает, - Он с ликёром. Я его не люблю.
- Ты просто не умеешь правильно его есть.
- А ты, видимо, знаток по десертам, - в его глазах загорается что-то темное, меня должно это отталкивать, но почему-то влечет еще больше…
Беру порцию в другой упаковке.
- Этот воздушнее.
- А мне кажется, ты просто специально берёшь другой, чтоб не соглашаться со мной.
- Ты догадлив. Именно так я провожу каждый день своей жизни, вопреки твоим вкусам.
На кассе бросаю в корзину ещё два пластиковых стаканчика с капкейками.
- Это что?
- Психологическая поддержка. Вдруг я потом будут жалеть, что взяла тебя с собой.
- Лучше бы ты взяла меня за руку.
- Это было бы странно, - хмурю брови.
- Но романтично, - задумчиво тянет Роман.
На выходе видно, как сквозь стекло моросит дождь. Не сильный, но липкий, как воспоминания.
Рома идёт рядом, молчит.
Я, вдруг, останавливаюсь у машины, и открыв дверь бросаю эту фразу:
- Поехали ко мне.
- Что? - глаза резко округляются, а брови взлетают вверх.
- На чай. Не зря же мы покупали десерты. Или ты хочешь есть их прямо в машине?
Он смотрит на меня пару секунд. Дождь стекает по ветровому стеклу, фонарь отбрасывает мягкий свет на его лицо. Он напряжен, вроде бы и хочет согласиться, но тормозит себя, словно ищет какой-то подвох.
- Предупреждаю, - он приоткрывает дверь, - если у тебя дома есть плед, свечи и Netflix - я заподозрю тебя в коварстве.
- Ты переоцениваешь себя.
- А ты недооцениваешь. Я могу понравиться даже без пледа.
Демонстративно закатываю глаза, но уголки губ дергаются вверх против воли.
Садимся в машину.
Тепло салона заполняет нас как тот самый плед, немного неловкая, немного многозначительная ситуация…
Выезжая с парковки, предупреждаю:
- Только не смей критиковать мой чайник. Он свистит очень громко.
- А я думал, громкая у нас только ты.
Смотрю на него исподлобья, мне кажется я сама сейчас засвищу, как чайник, а он только ухмыляется.
- Никогда не думал, что ты предложишь мне чай среди ночи.
- Никогда не думала, что буду покупать тирамису с соседом, которого хотела прибить за петарду.
Мы оба замолкаем на секунду,
или на одну искру между дыханием и взглядом.
Потом я включаю дворники, и тишина между нами больше не кажется такой громкой, она разрезана скрипом резины о лобовое стекло.
…
На кухне тепло и уютно. Теплый, желтый свет красиво рассеивается по комнате, пахнет свежезаваренным чаем и душистой выпечкой с легкими нотками ванили, хотя, по факту, обычный чай и коробка с капкейками.
Набираю воду в чайник с характерным шумом. Рома разглядывает комнату, но не суетится. Удивительно для него. Обычно он, как вихрь.
- Хватит пялиться, тут нет ничего подозрительного.
- Да ладно? А вот это? - он подходит к шкафчику, где стоит рамка с фотографией.
Она, будто случайно стоит на краю, чуть засыпана мелочами: ключи, блеск для губ резинка для волос, но видно, что ей не место в ящике. Фото на виду…