После того, как Женя ушла на работу (работала она дизайнером в копировальном центре), я пошла в свою комнату и включила фильм, чтобы немного расслабиться перед предстоящей ночной сменой. За последнее время я постоянно находилась в напряжении, плохо спала, особенно из-за ночных смен. Внезапно у меня зазвонил телефон. Я испугалась, не с работы ли звонят, но это оказалась мама. Мы с ней созванивались примерно раз в четыре дня.
– Дочь, ну рассказывай, – начала в своей манере мама.
– Да тут и рассказывать нечего. У меня как всегда все отлично, потихоньку привыкаю к работе, туфли уже разносила, так что теперь сидят как влитые. Сейчас вот только позавтракала.
– А соседка твоя в комнате? У тебя выходной сегодня?
– Нет, она на работу ушла полчаса назад. У меня сегодня ночная смена, часов в 5 начну собираться.
– Ну хорошо, тебе денег-то на еду хватает?
– Хватает, конечно, мам. Я же аванс пару дней назад получила. Так что все хорошо.
– Ну Слава Богу… Сильно устаешь?
– Да нет, на учебе в универе больше уставала. Для меня сейчас наступил более упрощенный вариант жизни. Как у вас там дела? Оля работу нашла?
– Да нормально у нас все. Она сейчас только курсы заканчивает, будет в каком-то салоне работать мастером по маникюру.
– А она разве не на парикмахера хотела пойти?
– Да там курсы оказались дороже, вот она и решила, что маникюр тоже неплох. Мы, конечно, предлагали ей денюжки занять, но она ни в какую. Сама, говорит, хочу.
– Хорошая перспектива… быть мастером по маникюру.
– Ну а что поделать, лучше так, чем без хлеба сидеть.
– А другие как? Егор, Лиза?
– Егорка растет потихоньку, самый главный заводила у нас. Заводит всех. Особенно меня, когда на мебели начинает черкать, – сказала мама с ноткой упрека. – У Лизоньки скоро мероприятие в школе будет, стихи будет рассказывать. Вот мы каждый день с ней и учим понемногу. Сложное до жути.
– Я смотрю вам некогда расслабляться, – усмехнулась я.
– Да уж, и не говори. Так, – обратилась к кому-то мама, – ты что это там делаешь? Это нельзя грызть! А ну брось каку! Ладно, дочь, удачи тебе там, я пошла спасать пульт.
– Хорошо, давай, пока!
– Пока.
В трубке повисли гудки, мама отключилась. Видимо, Егор опять захотел погрызть что-то специфичное. Я легла на кровать и зарылась лицом в подушку. Каждый раз после разговора с мамой мне становилось невыносимо тоскливо. Как будто вся жизнь кипела и бурлила именно там, а я же в это время находилась по ту сторону экрана. Я безумно захотела вернуться назад, к этому оживленному дому, смотреть как растет мой племянник, смеяться над его детскими выходками, помогать Лизе с домашкой, а вечером обсуждать за семейным чаем все дневные события.
«Как же хочется туда. Что я здесь вообще делаю?»
И я вспомнила почему я уехала. Мне захотелось большего. Больше, чем вся эта обыденность, местные продуктовые магазины, где тебя знают по имени, где девушки выходят за тех или иных парней просто потому что только такие есть в этом городе, на работе платят копейки, никто ни о чем не мечтает, ни на что не копит, прожигают свои жизни, ни обращая внимания на смысл всего происходящего.
Я представила все это и поняла, что поступила правильно. Я вовремя опомнилась и вырвалась из этой житейской суеты. Я познаю и увижу больше, чем они. Я могу сейчас поработать, узнать мир, накопить на дом, а затем уехать в тот город обратно. И пусть уже тогда поглотит меня теплая обыденность. Лет через 20 или 30, сидя в кресле в своем шикарном загородном доме я буду вспоминать именно эти моменты, когда была в эпицентре жизни мегаполиса, когда трудилась до потери пульса.
Лучше я помучаюсь сейчас, а потом буду наслаждаться всеми прелестями жизни. Главное – немного потерпеть.
Я положила рюкзак в шкаф в бэке и подошла к зеркалу поправить прическу и платок на шее. Униформа гостиницы мне очень нравилась. Она представляла собой комбинацию из темно-синего пиджака, прямой юбки того же цвета, белой рубашки и красного платка с незатейливыми узорами. Платок, завязывающийся в форме розы, благородно смотрелся на шее, прекрасно сочетаясь с ярко красной помадой на губах. На голове все девушки администраторы делали либо тугой хвост, либо пучок. Я предпочитала пучок, с ним я чувствовала себя стюардессой. Руководитель службы приема и размещения мог сделать тебе замечание, если обнаружит твой макияж недостаточно красивым. Рекомендовали делать макияж похожий на вечерний. Из-за этого мне в течение недели приходилось каждый вечер сидеть и смотреть на YouTube обучающие видео по макияжу. Не скажу, что я стала профессионалом этого дела, но у меня стало получаться очень даже неплохо.