– Да, давали.
– Вы читали их?
– Да, читала.
– Тогда вы должно быть помните, что одним из важных пунктов ваших должностных обязанностей является правильная и своевременная регистрация гостей, в особенности правильное оформление платежных документов.
– Да, я помню, – обреченно ответила я.
– Очень хорошо, – продолжала она, – тогда скажите мне пожалуйста, если вы прекрасно знали эти важные правила, но при этом все равно сделали по-своему, нам можно рассматривать это как намеренное нарушение?
– Нет, если я и ошиблась, то только потому что была невнимательна в тот момент. Я плохо себя чувствовала в эту ночную смену, – почти шепотом произнесла я. Мне стало противно от самой себя. Насколько жалкой я выглядела со стороны, оправдывая свою халатность.
– Ваш руководитель предупреждал вас, что график администраторов ресепшена предполагает работу как в дневное, так и в ночное время. Для этого вы должны обладать отличным физическим и ментальным здоровьем. Если у вас возникают с этим какие-либо проблемы, вы должны уведомить ваше руководство для принятия соответствующего решения. Ваша эгоистичная натура дорого обходится нашему производству.
– Извините пожалуйста, со мной это впервые произошло. Обещаю, что подобное больше не повторится. Впредь, я буду еще внимательней и аккуратней. Простите пожалуйста.
– Меня не волнуют ваши словесные изречения. Жду вашу объяснительную на своем рабочем столе.
– Да, хорошо… – не успела я договорить, как она бросила трубку не попрощавшись. Точно так же, как и Вика.
Удивительно свежий аромат цветов охватывал ближайшие скверы и парки. На дворе стояла весна. Птицы предвещали наступление теплых времен и призывали своих возлюбленных вступить в тайную связь. Насколько она была тайной знает один лишь Бог, но мы-то знаем, что биологические процессы вполне закономерны в природе и не гнушаются производить из года в год целые потомства новых существ. Как животные, так и люди весной пробуждаются и желают если не тайной связи, то что-то похожее на связь. Тает снег, текут воды, все оживает и пробуждается, а вместе с ними выходит наружу глубинная человеческая воля, подавляемая на протяжении долгого времени.
От нечего делать, я следила за проезжающими машинами и ни о чем не думала, будто все мысли я оставила в предыдущих местах – дома, в торговом центре, на работе, в метро, в автобусе, в местном супермаркете. Приятное чувство пустоты затуманивало действительность настолько, что я даже не заметила, как ко мне на скамейку подсел ребенок и начал играть с мячиком-попрыгунчиком. Через некоторое время во мне все же проснулось любопытство. Краем глаза я взглянула на него и удивилась недетской ловкости. Маленькое существо протягивало руку вперед, обращало кулачок с мячиком ладонью вниз и просто разжимала пальцы – мячик стремительно летел вниз, ударялся о землю и отскакивал назад прямо ему в руку.
Во всем этом простом действии чувствовалась какая-то особая магия. Повторяющиеся движения вниз – вверх – остановка – вниз – вверх – остановка завораживали и успокаивали. Все остальные звуки словно исчезли и остался лишь мягкий звук удара мяча о землю. Я была до того околдована всей этой картиной, что на миг окружающий мир для меня перестал существовать. Единственной реальностью был лишь звук мяча и детская ладонь.
– Нравится? – внезапно прозвучал в голове нежный тонкий голос.
Я встрепенулась от неожиданности и в первые несколько секунд не могла определить источник звука. Затем, придя в себя, взглянула наконец на своего соседа по скамейке и смогла его основательно разглядеть: это была маленькая девочка. Ее светлые волнистые локоны изящно спадали до самой поясницы. По виду ей было 5–6 лет. Она сидел в потрепанных голубых шортах и розовом топике, неудачно подчеркивающие ее худощавое телосложение. Девочка смотрела на меня своими ярко голубыми выразительными глазами, в которых явно прочитывался веселый нрав. Она могла смеяться одним лишь взглядом.
Меня потрясла ее неестественная красота. Что-то странным было в ней. Но что еще более удивляло меня, так это то, что корпус ее тела был обращен в мою сторону, но рука так и продолжала играться с мячом. Она играла, совсем не обращая на него внимания. Создавалось ощущение, будто мяч так прыгал и без ее участия. Ее глаза продолжали смотреть на меня.
Нужно было что-то ответить.
– Неплохо, – ответила я. Глупый получился ответ.
Более уместно было бы ответить: «У тебя очень хорошо получается, молодец» или же «Какие у тебя ловкие руки!». Все-таки это ребенок.
– Мне это нравится, – сказала девочка. На ее лице светилась та самая улыбка, какая бывает у детей в момент безудержного счастья. Меня умилила эта ее простота. У меня возникло сильное желания развивать этот странный диалог.