Прежде чем приступить к отбору наиболее содержательных фрагментов, нелишним будет сказать несколько слов об авторе.
Н. И. Пирогов родился в ноябре 1810 г. и умер в том же месяце года 1881-го. Лучшие годы своей молодости (1830–1860) проработал в Дерптском университете — средоточии немецкого вольнодумства, где преисполнился, по его собственному признанию, гордым духом нигилизма — того самого, который Гете персонифицировал в своем Мефистофеле. «Для чего, — пишет он, излагая свои взгляды тех лет, — для чего и зачем нам нужна идея существования Божества? Что она дает нам в плане изучения космогенеза? Разве материя не вечна, и разве так не должно быть? Так для чего же тогда нужна эта бесполезная гипотеза, которая ничего не объясняет?»
Впоследствии, возможно, много лет спустя, он говорит по тому же самому поводу совершенно иное: «Хотя слова о том, что о Боге можно говорить только с самим Богом, принадлежат великому язычнику — der grosse Heide (как называли Гете), я, христианин, следуя его совету, также избегаю разговоров о моих сокровенных верованиях и убеждениях даже с теми, кто мне наиболее близок и дорог: богу божие».
Этим объясняется то потрясение, которое испытали многие люди, близко знавшие доктора Пирогова, когда прочли его посмертно изданный «Дневник» и обнаружили, что он (доктор) был противником религии только в том, что касается ее форм, церкви и догм, но уже в тридцатидевятилетнем возрасте нашел для себя то, к чему стремился, а именно веру в абстрактный, почти недостижимый идеал, абсолютно чуждый всякой форме и ритуализму. И его труды свидетельствуют о том, что он был настоящим мистиком и философом.
Четыре года спустя после смерти доктора Пирогова его вдова и сыновья разрешили публикацию его записок, два тома которых были изданы в 1887 году. Именно из них были сделаны выборочные переводы, публикуемые на нижеследующих страницах. Первый том содержит в полном объеме «Дневник старого врача» и завершается на середине фразы, прерванной смертью. Эпиграф на титульном листе свидетельствует, что покойный автор писал его «исключительно» для себя, «но с тайной мыслью, что когда-нибудь это, возможно, прочтет кто-нибудь еще». «Внимательное прочтение этих посмертно изданных записок убеждает в том, — добавляет русский издатель в своем предисловии, — что, работая над этим последним своим сочинением, его автор не забывал и о прежде опубликованных своих работах; так как к своему «Дневнику старого врача» он добавляет подзаголовок, уже использованный им однажды, примерно двадцатью годами ранее, в качестве заглавия для своих философских очерков, а именно «Вопросы (или проблемы) Жизни»». Но поскольку эти очерки, собранные в том II, носят преимущественно социальный и назидательный, а не метафизический характер, мы пока не станем к ним обращаться.
[Иногда… человека охватывают мысли столь низменные и недостойные, что… ему кажется… а временами он почти уверен, что эти мысли — не его собственные, но навеяны кем-то еще, каким-то подлейшим существом, которое живет в каждом из нас]
Это явно размышления о низшей сущности, или «личности», как о чем-то отдельном от нас самих; она обитает в человеке из плоти и слишком часто представляет собою всего лишь жалкую тень истинной и высшей Сущности, или Эго!
[…Согласно моей теории (должен признать, в значительной мере мистической), атомные или молекулярные колебания (без которых ощущение следует признать невозможным) имеют место не только в видимых и постоянно изменяющихся клетках мозговых тканей, но и в чем-то еще — в некоей более тонкой, эфирной субстанции, которая, проникая во все атомы, проходит сквозь них, не восприимчивая ни к каким органическим изменениям.]
Это чисто оккультное учение. Наша «память» — это только посредник, а ее «скрижали», с их неизгладимыми впечатлениями, — это всего лишь метафора: «скрижали мозга» служат исключительно в качестве упадхи, или вахана (основы, или носителя), чтобы воспроизводить в нужный момент память о той или иной вещи. Память о прошлых событиях, вплоть до самых незначительных, и о прошлых мыслях на самом деле фиксируется в вечных волнах астрального света, которые охватывают не только мозг, но и все окружающее пространство вокруг нас, ибо они присутствуют повсюду. Ментальные картины, образы и звуки, хранящиеся в этих волнах, проникают через сознание личностного Эго, или разум (низший манас, самая грубая субстанция которого — астральная), в, так сказать, «церебральные отражатели» нашего мозга, откуда они передаются психическим сознанием сознанию чувственному. Этот процесс продолжается каждую секунду в течение всего дня и не прекращается даже во сне. (См. статью «Психическая и интеллектуальная деятельность» в «Lucifer», November, 1890, p. 181–182.)