– Почему? – не поняла я. – Ведь эти девушки имели шанс войти в королевскую семью.
– Я и сама себе задавала тот же вопрос. Но теперь понимаю, что они оказались очень умны. – Валентина по-прежнему смотрела в сторону, ее горестный тон заставлял меня думать, что ее любовная история не имеет никакого отношения к любви. – Со временем Квинтен мог бы обратить взгляд и на другие страны, хотя ему этого не хотелось. Он был уверен, что найдет для сына подходящую семью в Изолте. Наконец кто-то нашелся для принца, и свадьба была назначена на зиму.
– В Изолте снега хватает, да? – улыбнулась я.
– И мы надеялись, что его будет много в знак благословения.
Это выглядело так мило… У нас снег ничего не значил, как и дождь, как и ветер. Но и мне бы захотелось побольше снега ради Хадриана.
– Погодите… Это ведь ничего не объясняет насчет вас и короля Квинтена.
– Ах! – вздохнула Валентина, безрадостно улыбаясь. – О королевской семье я знала гораздо меньше, чем мои подруги, ведь я много путешествовала. А большинство моих подруг вышли замуж, и я их потеряла, потому что они отправились в свои новые владения, начали создавать свои семьи… Так все молодые жены делают.
– Да.
– В общем, когда стало ясно, что король ищет новую жену для себя, я оказалась одной из немногих приемлемых молодых женщин при дворе. Меня привлекла мысль о короне, образ короля при всех регалиях, и, когда мои родители получили предложение отдать ему мою руку, я была польщена. Но чего я не знала до последнего момента, так это того, что за несколько недель до сделанного мне предложения Хадриан перенес чудовищный приступ лихорадки. Он три дня пролежал без сознания. И Квинтен понял, что ему нужен другой наследник, и избранной я оказалась вовсе не из-за моего ума, или умения петь, или родословной. Просто я здоровая молодая женщина и должна выносить для него ребенка. – Валентина вздохнула. – Я должна это сделать.
Я ошеломленно молчала. Валентину, которая казалась мне во многих отношениях достойной любви, похоже, не любили совсем…
– Не надо так на меня смотреть, – сказала она, катая по столу кости. – Большинство королевских браков именно таковы. Если вам нравится ваш муж, это хорошо. Но суть лишь в том, чтобы продолжить род. А королевская кровать ничуть не хуже других.
Я тяжело сглотнула:
– Могу я задать самый невежливый вопрос, какой только может сейчас прийти мне в голову?
– Вы мне нравитесь, Холлис. Задавайте, – усмехнулась Валентина.
– Что случилось с лордом Хайтемом?
– Он покинул двор. Теперь живет в поместье, и я уже три года его не видела. Возможно, он успел жениться, но на самом деле я не знаю. – Она опустила взгляд. – Да я и не была бы против. Но все равно хотелось бы узнать…
На долю секунды мои мысли метнулись к Сайласу. Его семья собиралась найти землю. Они смогут обрести имя безупречными делами. На Сайласа обратит внимание какая-нибудь девушка, и он преодолеет любую предвзятость своими пронзительно-синими глазами. И женится на ней.
А может, и не женится.
Откуда мне знать?
– А могу я сама задать невежливый вопрос? – осторожно поинтересовалась Валентина.
Я слегка вздрогнула и снова сосредоточилась на ее лице.
– Вы безусловно завоевали это право.
– Но вы должны сказать мне правду. Ваш король… он когда-нибудь бывал недобрым с вами?
– Недобрым? В каком смысле?
Валентина неопределенно взмахнула рукой:
– Просто… недобрым.
Я порылась в памяти. Он, возможно, бывал невнимательным, но чтобы недобрым?
– Нет. – (Она снова осторожно прижала ладонь к животу.) – Валентина…
– Нет, ничего, – покачала она головой.
Я потянулась через стол и сжала ее руку:
– Видно же, что нет. Если кто-то и может понять, какому давлению подвергается при дворе девушка, близкая к королю, так это я. Поговорите со мной!
Ее сжатые губы задрожали, и она внезапно быстро и судорожно вздохнула.
– Все за мной наблюдают. Они ждут, что я принесу им нового наследника, и я знаю, что все шепчутся обо мне. Но я не виновата! – настойчиво произнесла она. – Я была так осторожна!
– О чем это вы? – спросила я, поглядывая на изящную руку, прижатую к животу. – Вы беременны?
– Я не уверена. У меня не было кровотечений уже два месяца, но симптомы… Я дважды понесла до этого времени и потеряла обоих младенцев. Но на этот раз как-то по-другому. Я чувствую… чувствую…