- Это не мой секрет, я...
- Или Вы, граф, говорите все, что Вам известно, или можете быть свободны, - намного больше.
-У Даниэль были свои личные войска, точнее, отряд... Небольшой, всего пятьсот солдат. Все они принесли ей «клятву верности». Про нее я знаю не так уж много... Знаю, что эта клятва появилась во времена первого Бога демонов – Хайрин, второе ее упоминание было во времена Великой битвы и жизни Богини Хайрин. Сейчас же она доступна на Золотом острове, ну, и также о ней знали в королевском роду Вернер, - закончил свой рассказ граф Чаирз.
- Я слышал, что сам ритуал очень прост. А вот предметы для его проведения почти невозможно достать, - сказал советник принца.
- Да, вы правы, Тайлон. Сейчас все необходимое для ритуала есть только на золотом острове и у меня, - ради таких выражений лица стоило хранить огненный плод восемьсот лет.
- И дайте угадать. Все необходимое вам снова дала Даниэль? – уже не сдерживая иронии, сказал принц. По нему было видно, что разговор про его нареченную ему не доставлял радости. Еще слишком молод. Старейшина усмехнулся про себя, делая выводы.
- Не совсем...
- Что это значит? – как всегда холодно, как будто происходящее его совсем не касается, спросил Максимилиан, вот только графа не обмануть этой маской.
- Ваше Высочество, разве непонятно... Он украл этот предмет, - усмехнулся Тайлон. - Как предпочитала говорить Ваша нареченная... Я одолжил этот предмет, - любимая фраза Даниэль, старый граф опять погрузился в воспоминания. Он взял один плод, хотел изучить, возможно, даже создать что-то подобное для драконов. Не вышло, этот плод нельзя создать искусственно, только вырастить. А для этого необходима демоническая магия, много магии. Очень много. – Сейчас я готов отдать это, чтобы доказать Вам свою верность.
- Вы решили присоединиться ко мне, потому что моя нареченная - принцесса Алдорон? – решил все же уточнить Максимилиан.
- Не буду врать, Ваше Величество, это заставило меня принять окончательное решение.
- Что будет с тем, кто решит предать, после «клятвы верности»? – советник принца мог переплюнуть даже Даниэль в недоверии ко всем и всему.
- Он умрет. Сгорит заживо, - сразу ответил граф.
- И Вы готовы пойти на это? – недоверчиво спросил молодой дракон.
- Я не собираюсь предавать Вас, Ваше Величество, поэтому мне нечего боятся, - опять без раздумий ответил граф.
Марон.
Молодой дракон сидел за большим деревянным столом. Красивый сильный, и его самомнение было ему под стать. Он уже видел себя на троне, чувствовал свою власть и мечтал о поклонении других.
Он второй принц Скиандрам – одной из сильнейших рас. И он станет их правителем, войдет в историю как самый великий король драконов. Даже спустя тысячелетия потомки будут помнить о короле Мароне Первом.
И только одно препятствие стоит на пути к его заветной цели – Максимилиан. Одна мысль о нем вводила принца в бешенство. Законный сын! Выродок везучий.
Марон родился на месяц позже старшего сына короля. Он с рождения был на втором месте, а потом родился Максимилиан. И совсем... Про него забыли.
Но теперь все изменится... Старший принц мертв, да и четвертому брату не долго осталось. Ну и пусть, что он рожден от нареченной, какой от этого толк? Отец ненавидел саму Луну так же сильно, как и ее ублюдка.
Его нареченная не принесет ему силу, не поможет ему взойти на трон, как сделала это восемьсот лет назад. Зато уже она помогла ему обрести врага в лице родного отца.
Марон слишком хорошо знал своего короля. Он не позволит возлюбленным воссоединиться. Убьет одного, а вторую попытается затащить в свою постель. Вот, что из себя представляет Великий король драконов.
И чем ужаснее будет его отец, тем сильнее его будут восхвалять, когда он свергнет короля и взойдет на престол. Но сначала руками отца он уничтожит всех других претендентов и расчистит себе дорогу к трону.
- Ваше Высочество, к Вам пришла леди Элизабет, - в комнату вошел слуга. – Позволите, пригласить её?
- Да, пусть войдет, - очень жаль, что Лизи досталась не ему. Глупая, избалованная, самоуверенная девчонка, мечтающая стать королевой. Идеально подойдет на роль марионетки, но даже сейчас от нее больше толку, чем Лары.