Знакомое состояние возвращалось. Апатия. Серая, вязкая, тяжёлая. Та самая, что годами цеплялась за неё, словно липкая паутина. Анна смотрела в одну точку на стене, не двигаясь, не думая. Желание делать хоть что-то — исчезло.
Скоро должен приехать Адам...
«Может, отказаться от поездки?» — промелькнула мысль.
Взгляд скользнул к часам, но остановился не на стрелках, а на золотом кулоне, что лежал у изголовья, на старой тумбочке. Он сверкнул в полумраке — крошечной искрой жизни.
Анна долго смотрела на него. Ничего не происходило. Просто лежала. Просто смотрела.А потом, будто собрав изнутри все оставшиеся силы, поднялась с постели.
«Сегодня я получу свои ответы», — подумала Анна, застёгивая пуговицы.
Она надела одну из старых рубашек, серые джинсы и утеплённую парку — ту самую, которую мать когда-то откопала среди мешков с одеждой из «прошлой жизни». Куртка давно выцвела на сгибах, но всё ещё грела, а это сейчас было главное.
На улице моросило. Мелкий, противный дождь повис в воздухе, словно сырой туман. Анна накинула капюшон, пряча лицо от влаги. Лужи у дороги покрылись тонкой, хрупкой коркой льда, а лужайка перед домом была укутана ковром из опавших, бурых листьев.
До приезда Адама оставалось ещё время, и Анна решила зайти к Скотту. Дом его находился совсем рядом. Каменные ступени, выложенные красным камнем, вели к небольшой террасе. Большие окна с выцветшими бежевыми ставнями смотрели прямо на улицу. Под ними тянулись неухоженные кусты роз — когда-то пышные, теперь угрюмые. Завядшие бутоны соскальзывали на землю, теряя лепестки.
Анна поднялась на крыльцо. Постучала. Скамейка у двери, когда-то выкрашенная в светлый беж, теперь облупилась, а цветочные горшки у ножек пустовали, наполненные только сухими, мёртвыми стеблями. Дом будто выдыхался. Из него уходило тепло, и оставалась лишь тень уюта — как старая фотография, выцветшая на солнце.
За дверью послышались тяжёлые шаги. Затем щёлкнул замок, и на пороге показался отец Сэма.
— Добрый день, шериф. Я пришла к Сэму, он дома?
— Здравствуй. Проходи, я его позову, — ответил мужчина усталым голосом.
Мистер Брайтман открыл дверь и впустил её в дом. Молча провёл в зал, а сам ушёл за сыном.
Анна осталась в небольшой гостиной. Сняв капюшон, она опустилась на старую, изношенную софу. В комнате стояло продавленное кожаное кресло с трещинами на поверхности — словно оно хранило следы прожитых лет. Неподалёку стоял небольшой столик с древним телевизором, который давно перестал показывать изображение. По стенам располагались полки, набитые книгами и коллекцией музыкальных кассет — напоминание о давно минувших днях, когда здесь звучала музыка.
Чуть дальше начиналась кухня, а справа от Анны возвышался массивный камин, сложенный из красного кирпича. На его полке стояли фотографии в самодельных деревянных рамах — молчаливые свидетели семейных историй и прошедших лет.
Анна подошла к камину и осторожно взяла одну из фотографий в руки. На снимке шериф Брайтман держал маленького Сэма на плечах — мальчик широко улыбался, высвечивая отсутствующие передние зубы. Лицо ребёнка было усеяно веснушками, которых теперь, казалось, стало ещё больше. Рядом на фотографии стояла женщина в нежном голубом платье. Её мягкие черты лица, тёплая улыбка и нежный взгляд создавали ощущение спокойствия и уюта.
Анна перевела взгляд на другие семейные фотографии — они тоже были наполнены теплом и воспоминаниями
— Это моя мама, — сказал Сэм, заметив, что Анна задержала взгляд на фотографиях. Он стоял в дверях, руки заправлены в карманы джинсов.
— Она очень красивая.
Вдруг Анна удивилась — ни разу Сэм не упоминал о ней раньше.
— Она умерла, когда мне было семь, — тихо ответил он, подходя ближе.
— Мне очень жаль…
— Это было давно… — в его голосе мелькнула грусть, но затем он улыбнулся и сменил тему: — Ну что, твой новый парень приехал?
— Он не мой парень, — сухо ответила Анна.
Её удивило, как легко Скотт переключился с одной темы на другую.
— Ну да, конечно... Любая девчонка в школе мечтает подцепить парня из Академии Корвус.
— В моё время девушки тоже сходили с ума по этим парням, — тихо пробормотал мистер Брайтман, проходя через гостиную в сторону кухни.