Даже сквозь тёмные очки она поняла — Адам закатил глаза. Это её не обидело, наоборот — немного развеселило. Без единого слова он обошёл машину, открыл переднюю дверь и усадил её на пассажирское сиденье. Возможно, поторопился это сделать лишь для того, чтобы Сэм не успел устроиться рядом.
— Ты знаешь дорогу до пансионата? — спросила она, пристёгивая ремень.
— Знаю. Через тридцать минут будем там.
— Разве не полтора часа ехать? — начала было она, но осеклась, когда почувствовала, как машина резко набирает скорость. За окном стремительно поплыли дома, фонари, уличные вывески. Она поспешно вцепилась в ручку на двери. Адам заметил это и едва заметно усмехнулся уголком губ — с тем самым выражением, которое, казалось, говорит: "Я знал, что так будет."
— Слушай, а зачем тебе очки? Солнца ведь нет, — раздался голос Сэм с заднего сиденья.
Ухмылка на лице Адама исчезла.
— Это что, часть образа? Девчонок так завлекаешь? — с любопытством продолжал Сэм.
— Хочешь кого-то завлечь? — хмыкнул Адам, не отрываясь от дороги.
— Не, мне такой стиль не идёт, — прямо признал Сэм. — Я не дарк-мальчик.
— Дарк… мальчик? — с лёгким раздражением переспросил Адам, нахмурившись.
— Ну, такой весь… загадочный, бледный… с лакированными волосами, — протянул Сэм, усевшись сзади и скрестив руки за головой. Улыбка на его лице явно говорила: он наслаждается каждой секундой этой поездки.
Адам медленно повернул голову. Очки скрывали глаза, но по сжатым губам и крепко вцепившимся в руль пальцам было видно — он сдерживается.
— Я не пользуюсь лаком, — произнёс он глухо, едва поворачивая голову.
Анна едва не прыснула с трудом сдерживая смех, отвернулась к окну, делая вид, что рассматриваю пролетающие мимо дома.
— Угу, конечно, — не унимался Сэм, с самым невинным выражением лица, хотя глаза явно поблёскивали от озорства.
Машина прибавила скорость. Адам молчал, но в салоне и без слов чувствовалось: поездка обещала быть… запоминающейся.
Хоть дорога до пансиона заняла не больше тридцати минут, Адам выглядел так, будто они ехали все три часа — измученный, с рассеянным взглядом и застывшим на лице выражением раздражения. Всё это время Скотт не умолкал ни на секунду, болтая без остановки и окончательно выводя из себя Адам.
— Он когда-нибудь затыкается? — бросил Адам раздражённо, как только они вышли из машины.
— А мне нравится, — пожала плечами она. — С ним нескучно.
"К тому же, когда рядом Сэм, я не чувствую того странного волнения, которое появляется, когда остаюсь с тобой наедине..." — подумала она, бросив взгляд на Адама, но тут же отвела глаза.
Пансион оказался неожиданно уютным. Его стены были выкрашены в нежно-голубой цвет, а длинную мансарду обрамляли белоснежные колонны, придавая зданию легкость и торжественность. У входа раскинулись ухоженные клумбы, пышно цветущие в тёплом осеннем свете. Сквозь высокие окна внутрь проникало много солнца, из-за чего интерьер казался ещё просторнее и светлее.
Они вошли внутрь и направились к стойке регистрации, за которой сидела миловидная девушка с золотистыми волосами. Заметив их, она подняла на троицу ясные голубые глаза и вежливо улыбнулась.
— Могу вам помочь? — пропела она приятным, чуть певучим голосом.
— Да, мы хотим навестить Элизабет… — начала Анна, но замялась, осознав, что не знает фамилии.
Девушка чуть наклонила голову, изучая её взглядом, и в глазах её вдруг мелькнуло узнавание.
— Элизабет Фриман? Вы её внучка?
— А… д-да… — пробормотала она, неуверенно кивая.
— Да, мы все её внуки! — громко вставил Сэм, не дав ей опомниться.
Ресницы девушки дрогнули. Она скользнула взглядом по троице, задержавшись на Сэм и Адаме, а потом слегка приподняла бровь.
— Он приёмный, — не моргнув глазом, добавил Сэм и с ухмылкой хлопнул Адама по плечу.
— Мы недавно приехали в город и очень хотели бы её навестить, — быстро подхватила Анна, стараясь сгладить неловкость.
Она посмотрела на регистраторшу максимально добродушным и искренним взглядом, на какой только была способна. Та некоторое время молча наблюдала за ней, будто колебалась, но в итоге подозвала младшую медсестру и коротко попросила проводить гостей к Элизабет.