Анна опустила взгляд. Кольцо сидело непривычно. Чуть тяжеловато, словно имело собственный вес.Оно не походило на людские украшения. Металл — тёмный, как пепельное серебро, с неровной, живой поверхностью. Если смотреть внимательно — под ней что-то двигалось. Волны, дыхание, пульсация. Кольцо словно жило своей жизнью.
В центре — александрит. Не идеальный, не отполированный до блеска, как в витринах ювелирных лавок. Он казался диким, нетронутым, как будто его не ограняли, а вырастили. Цвет менялся: от густого зелёного, как мох в тени леса, до глубокого фиолетового, почти чернильного. Иногда вспыхивал темно-красным — и внутри, в самом сердце камня, кружился крохотный водоворот света. Застывшая вспышка молнии.
— Я не могу его принять… оно выглядит слишком… — Анна запнулась.
Слов не хватало. Всё, что она чувствовала, не умещалось в языке. Кольцо казалось чем-то большим, чем просто подарок — оно было слишком значимым, слишком настоящим.
— Я не просто так отдал его тебе, Анна, — тихо сказал Адам, — и не потому, что оно красивое.
Он на мгновение замолчал, будто подбирая слова. Потом протянул руку и осторожно коснулся её пальцев.
— В этом мире слишком много теней. Слишком много тех, кто захочет причинить боль. Я не всегда смогу быть рядом… но с этим кольцом… — он чуть сжал её ладонь, — ты будешь хотя бы немного в безопасности.
— Значит, если твои друзья снова ко мне явятся — ты об этом узнаешь? — она подняла на него взгляд, в котором сверкнул тонкий укол недоверия.
— В ближайшее время они тебя не побеспокоят, — спокойно ответил он, отпуская её ладонь. Откинулся на спинку кресла, как будто вопрос был уже решён. — Я позаботился.
— Интересно, и как же ты это сделал? — в голосе прозвучала насмешка. — Пригрозил им пальчиком и сказал, чтоб так больше не делали?
— Можно и так сказать, — он улыбнулся, но глаза остались холодными, и Анна сразу поняла: ей действительно не стоит об этом беспокоиться.
— Ну а дальше, после наших уроков, сама сможешь дать отпор. Но… — он понизил голос, — это должно остаться в тайне.
— Почему? — удивлённо спросила она.
— Потому что ты ужасно любопытна, — он мягко улыбнулся, чуть наклонив голову,-Ты же не рассказываешь всех своих тайн.
Повисло молчание — долгое и неловкое. Анна не выдержала, встала и подошла к окну, словно пытаясь спрятаться от собственных мыслей.
— Хорошо, когда начнём? — тихо спросила она, глядя на улицу.
— Ближе к выходным может в пятницу, — ответил он, следом вставая. — К тому времени я найду подходящее место для тренировок. А пока… — он сделал шаг к ней, — нужно защитить твой дом, чтобы всякая нечисть не залезла.
Он щёлкнул пальцем по деревянному дракону, что висел у окна. Дракончик зашевелился, завертелся в воздухе, издавая тихий скрипучий звук.
— О, значит, и ты не сможешь сюда попасть? — усмехнулась Анна, повернувшись к нему.
— Ну, если только ты этого не захочешь, — ответил он с лёгкой улыбкой.
Ненадолго повисла тишина.
— Тебе пора, — тихо сказала Анна, не оборачиваясь.
— Добрых снов, — прозвучало почти шёпотом.
И в следующий миг его уже не было.
Глава 31
Глава 31
Пятница — последний день перед выходными — выдалась на редкость сумбурной. Анна проспала, опоздала на школьный автобус, в спешке умудрилась порвать свои любимые джинсы, а под занавес утра ещё и поссорилась с сестрой из-за пустяка, о котором через час уже и не вспомнила.
К тому же, всю неделю её не покидало ощущение лёгкой суматохи. Адам несколько раз заходил — молча, сосредоточенно — и выводил странные узоры мелом на дверных косяках и оконных рамах. Принёс с собой ведьмины мешочки, пахнущие травами, дымом и чем-то пряным. Разложил их по углам дома.
— Это защитит твой дом и его обитателей.
Анна тогда кивнула, даже попыталась выдавить улыбку, но в груди будто засела заноза.Впопыхах она выскочила на улицу, надеясь хоть как-то успеть к началу урока. Ветер растрепал волосы, рюкзак неловко болтался за спиной, а сердце уже стучало в висках. В последнее время её успеваемость резко пошла вниз, и если к этому прибавить ещё и постоянные опоздания — маму с большой вероятностью вызовут к директору. А это уже совсем не входило в её планы.