— Сейчас идёт допрос. Отец никому ничего не говорит, даже мне. Я пытался… чёрт, я умолял его, но он просто закрыл передо мной дверь.
Анна плотнее завернулась в тёплый кардиган, глядя на серое, едва светлеющее небо за окном. В её голосе проскользнула тревожная нотка:
— Мне всё это не даёт покоя, Сэм. Я не верю, что он мог сделать всё это. Они нашли его слишком быстро. Слишком легко. Всё будто разложено по полочкам. Это... ненормально.
Сэм тяжело вздохнул, и в его голосе впервые промелькнули сомнения:
— Анна… я понимаю. Правда. Но ты же знаешь, поле, где нашли останки, принадлежит ему. И отец сказал, что есть прямые улики. Он сам обмолвился… до того, как…
— До чего?
— До того, как застукал меня. Я рылся у него в кабинете. Хотел узнать, что именно они нашли, какие улики. Но он поймал меня. Выгнал. И был вне себя. Я… я такого никогда не видел.
Повисло молчание. Анна слышала, как по трубке проникают звуки утреннего дома — скрип половиц, где-то щёлкнул выключатель. Сэм, похоже, уже ходил по кухне. Потом, будто вспомнив, резко спросил:
— Ты говорила с Адамом? После всего этого?
Анна опустила взгляд. Её пальцы бессознательно крутили кольцо на безымянном пальце — тонкое серебро, потемневшее, с гладким александритом. Маленькая трещина, что была у самого основания, исчезла. Камень теперь был цел, как новенький.
— Да, — тихо сказала она. — Мы говорили. Несколько раз. Он дал понять, что ковен... недоволен. Им не нравится, что город оказался в центре скандала. Это может привлечь чужое внимание. К ним. Адам сказал, что ему придётся затаиться на некоторое время. Что нам... лучше пока не видеться.
Сэм резко выдохнул — не в знак облегчения, а наоборот, будто сдерживал раздражение:
— Конечно. Удобно. Бросить нас и исчезнуть. Как только запахло жареным.—где-то щёлкнуло — он, вероятно, включил чайник. Или кофеварку,— Думаю он просто не хотел ввязываться. А нас оставил тут, разгребать всё это дерьмо.
Анна не ответила сразу. Она всё ещё смотрела на кольцо. Тепло от него разливалось по ладони, будто кто-то незримо напоминал: ты не одна.
Медленно она выдохнула и спросила:
— Дом… сейчас опечатан?
Сэм замешкался.
— Ну… вроде да. — Его голос прозвучал неуверенно. — По крайней мере, должен быть. После того, как его задержали, туда заходила полиция. Запечатывали. Я сам видел жёлтую ленту…
Анна поднялась, сжав телефон крепче.
— Ты понимаешь, что я должна туда попасть.
— Чего? — Сэм повысил голос. — Анна, нет. Нет-нет-нет. Ты не понимаешь, во что лезешь.
— Именно что понимаю, — жёстко перебила она. — Если я ничего не сделаю, если просто буду сидеть и ждать — мы никогда не узнаем правду. Слишком много нестыковок, слишком много пустот. Я чувствую, что что-то там не так.
— Анна, послушай… — Он понизил голос, почти умоляя. — Улицы патрулируют. Мой отец усилил наблюдение. Если тебя там поймают — это будет не просто выговор. Ты вляпаешься по уши.
— Не впервые, — тихо усмехнулась она. — Не забывай, с кем ты говоришь.
Сэм раздражённо выдохнул, и в трубке послышался звон кружки, поставленной на стол.
— Я не шучу. Ты лезешь в самое пекло. И если ты думаешь, что сможешь просто зайти, посмотреть и выйти — ты ошибаешься. Это не кино.
— Я ничего не думаю, Сэм. Я знаю, что должна это сделать. Просто… мне нужно убедиться. Убедиться, что всё это не подстава. Что он действительно виновен.
Сэм замолчал. Где-то за его спиной запел чайник, но он не реагировал.
— Через полчаса, — сказала Анна. — Встретимся на углу
Она сбросила вызов, не дожидаясь ответа.
Кольцо на пальце вспыхнуло лёгким серебряным светом — не ярко, но достаточно, чтобы сердце забилось чаще.
Глава 42
Глава 42
Сэм оказался прав — дом отцепили. Жёлтая лента вздрагивала на ветру, словно предупреждение, которое никто не собирался слушать.Анна притаилась в тени раскидистого дерева, поросшего мхом. Вокруг кусты срослись так плотно, что казалось — сама природа хотела скрыть этот дом от чужих глаз.Листва шелестела над головой, ветер приносил запах сырой земли и чего-то... старого. Через какое-то время к ней подошёл Сэм. Капюшон был натянут почти до самых глаз, и лицо у него было таким, будто он съел что-то горькое.
— Я, кажется, уже говорил тебе, что не буду участвовать в твоих авантюрах, — угрюмо произнёс он, скрестив руки на груди.
— Да, говорил, — с лёгкой усмешкой отозвалась Анна. — Но тебе ведь самому интересно. Да брось… ты ведь не думаешь, что всё так просто.
Сэм отвёл взгляд, буркнув себе под нос:
— Может, ты и права… Ставлю сотку, что к этому причастен твой дружок и его шабаш ведьм.